Книга Княжич темного времени, страница 93 – Фиона Сталь, Саша Хэ

Сиволап и Шаман! Звенья цепи сошлись. Предательство Поланецкого вело прямо к нефритовой бусине и темному колдуну. Талисман на моей груди вспыхнул ледяным огнем.

— Алра! Щит! — крикнул я, выхватывая меч, чувствуя, как в нас летит новая туча стрел.

— Уже! — ее голос прозвучал напряженно, но четко. Она вскинула руки. Золотистое сияние, тусклее обычного, но плотное, вспыхнуло перед нашим передним рядом. Стрелы, как в масло, вошли в него и… застыли! На мгновение! Потом рухнули вниз, безвредные. Сила Алры работала на пределе после недавнего удара шамана, но она держала оборону.

— Дуняша! К Гордею! Помогай раненым! — скомандовал я, видя, как одна из повозок вспыхнула от зажигательной стрелы. — Туши! Если сможешь!

— Уже бегу! — Дуняша, забыв страх выхватила из седельной сумки небольшой топорик и кинулась к горящей повозке, ловко уворачиваясь от мечей. Она не дралась — она спасала, сбивая пламя и оттаскивая раненого возничего. Ее смекалка и бесстрашие в огне были потрясающи.

— Вперёд! — кричал Поланецкий, видя, что засада не сломила нас мгновенно. Его люди напирали, пользуясь давкой и пожаром. — Режь их! Особенно княжича! Шаман обещал награду за его голову!

И тут из самой гущи боя, из-за скалы, словно материализовавшись из теней, показались двое. Сиволап! В дорожном плаще, но с тем же каменным лицом и холодными глазами. А рядом… Шаман. Высокий, тощий, в шкурах и перьях, с лицом, скрытым звериной маской с кривыми рогами. В руках — костяной посох с нефритовой бусиной, которая пульсировала грязно-зеленым светом. От него исходила волна тошнотворной, гнилостной магии.

— Ну что, княжич, — Сиволап улыбнулся, его голос был спокоен и страшен. — Встретились. Не в Совете. Здесь. Где твоя Правда бессильна перед сталью и волей сильных. Шаман… покажи ему его место. В грязи.

Шаман поднял посох. Нефритовая бусина вспыхнула ярче. Воздух затрепетал. Я почувствовал, как ледяной, гнилостный холод пополз по коже, пытаясь проникнуть внутрь. Атака! Такая же, как в столице, но точечная! Только на меня! Щит Алры дрогнул — она не могла держать общую защиту и противостоять целенаправленной мощи шамана одновременно.

— НЕТ! — крикнула Алра, поворачиваясь к шаману, ее рога вспыхнули золотом в ответ. Она бросила мне, Гордею и Засекину щит, а сама устремила всю свою ослабленную силу против шамана! Два потока магии — золотой и гнилостно-зеленый — столкнулись в воздухе с шипением и треском, как сцепившиеся звери.

Это был мой шанс. Поланецкий, увлекшийся зрелищем магической дуэли, подъехал слишком близко. Я вонзил шпоры коню! Моя рука с браслетом схватила каменное «яйцо». Я не стал думать о щите. Я подумал о разрушении. О том, чтобы стереть этого предателя с лица земли! Камень в руке взревел, не чернотой, а яростным белым светом! Волна грубой, сокрушительной силы ударила в Поланецкого и его коня.

Князь-предатель даже не успел вскрикнуть. Его конь рухнул на передние колени, сокрушенный невидимым молотом. Сам Поланецкий был отброшен из седла, как тряпичная кукла. Он грохнулся на камни, его доспехи смялись, кости хрустнули. Он задергался, хрипя, но был уже не боец. Контужен. Сломан.

— НЕУДАЧНИК! — прошипел Сиволап, глядя на поверженного союзника без тени сожаления. Его холодные глаза метнулись к шаману. — Уходим! Дело провалено! — Он развернул коня, готовясь скрыться в щели между скал.