Книга Сердце из терновника и льда, страница 44 – Фиона Сталь

— Где я?

— В Западном крыле, — он наконец посмотрел на меня. В полумраке его глаза казались черными провалами. — В моих личных покоях.

Сон как рукой сняло.

— Что⁈ — я откинула одеяло и обнаружила, что на мне чужая ночная рубашка. Огромная, явно мужская, из мягкого серого льна, пахнущего лавандой. Она висела на мне мешком, рукава пришлось закатать, чтоб кисти найти. — Вы… ты притащил меня сюда⁈ Сам же говорил: «Не смей ходить в Западное крыло, там привидения злые». А теперь что? Решил меня им скормить?

— Я передумал, — он сделал глоток, поморщившись, словно жидкость была горькой. — Восточная Башня слишком далеко. И там сквозняки. Я не могу гарантировать твою безопасность, если ты будешь спать в другом конце замка. Охрана у нас… оставляет желать лучшего.

— И поэтому ты притащил меня к себе в берлогу? — я спустила ноги с кровати. Пол был устлан густым мехом, теплым и мягким. — Чтобы наемнику было удобнее убить нас обоих одним ударом? Оптом дешевле?

— Чтобы я мог убить любого, кто подойдет к нашей двери, раньше, чем он коснется ручки, — отрезал он.

Валериус встал. Подошел к столику, налил воды в стакан из графина и протянул мне.

— Пей. Тебе сейчас это необходимо. Горло сухое. Не бойся, вода не зачарована, она из горного источника.

Я взяла стакан. Руки немного дрожали. Выпила воду залпом, чувствуя, как живительная прохлада остужает воспаленное горло. Вкусно.

— Я не останусь здесь, Валериус. Это… неприлично! — возмутилась я, ставя пустой стакан на тумбочку. — И вообще… Что люди скажут? То есть фэйри.

Он рассмеялся, запрокинув голову назад. Звук был искренним, хоть и коротким.

— Неприлично? Элара, ты готовила самолично суп на моей кухне, гоняла поваров, сегодня задушила дриаду лозой, а теперь беспокоишься о репутации? Весь Двор и так считает тебя моей любовницей и ведьмой с придурью. Твой переезд сюда просто подтвердит слухи и, возможно, отпугнет мелких интриганов. Они решат, что ты под моей личной защитой.

— А крупные?

— Крупных я беру на себя. С ними разговор короткий.

Он подошел ко мне вплотную. Я сидела на кровати, поджав ноги, он стоял, нависая надо мной темной скалой. Его взгляд упал на мою шею.

— Болит?

— Нет, — буркнула я, пряча глаза и поправляя воротник рубашки.

— Врешь, — констатировал он беззлобно. — Покажи.

Он протянул руку. Я дернулась назад, но он перехватил мой подбородок. Пальцы были прохладными, и это принесло неожиданное облегчение горящей коже. Он осторожно, почти невесомо провел большим пальцем по синякам, оставленным наемником.

— У него были пальцы-корни, — тихо сказал Валериус. — Шершавые. Яд дриад вызывает жжение. Я нанес мазь, пока ты спала, но пройдет не сразу. Будет чесаться. Не чеши.

— Кто меня переодевал? — спросила я, глядя ему прямо в глаза. Вопрос этот мучил меня с момента пробуждения.

Уголок его губ дрогнул в улыбке.

* * *

— Пип. С закрытыми глазами. Он бормотал что-то про «святотатство», «человеческие колени» и про то, что его бабушка не одобрила бы. Успокойся, твоя честь не пострадала. Я в это время был занят допросом.

Он отпустил мой подбородок и отступил.

— Спи. Завтра будет тяжелый день. Я должен перетряхнуть всю стражу, найти крысу, которая впустила убийцу, и, возможно, кого-то казнить. Тебе лучше этого не видеть.