Книга Пекарня маленьких радостей, страница 34 – Фиона Сталь

Это сработало.

Тобиас, окрыленный первым успехом, принялся за работу с удвоенной энергией. Он порхал между рядами, как маленький эльф, предлагая всем «солнечные облака». И реакция была почти всегда одинаковой: удивление, восторг, а затем решительный шаг к моей корзине.

— Что это за чудо?

— Я никогда не ел ничего подобного!

— Оно такое легкое! И нежное!

— Дайте мне пять! Нет, шесть!

Вокруг моей скромной корзины начала собираться толпа. Люди подходили, пробовали, ахали и покупали. Я едва успевала отсчитывать булочки и принимать монеты. Мой карман, еще утром пустой, приятно тяжелел.

Фрау Марта сначала смотрела на меня с насмешкой, но потом ее улыбка сползла с лица. Она видела, как люди, которые обычно покупали у нее, теперь стояли в очереди ко мне. Ее лицо побагровело от злости.

— Что за колдовство? — прошипела она, подходя ближе. — Что ты им подмешиваешь в свое тесто, ведьма?

— Любовь, фрау Марта, — я улыбнулась ей самой сладкой улыбкой. — И немного хорошего масла.

Она фыркнула и вернулась к своему лотку, с которого за все это время не продали ни одной булочки.

Примерно через час в моей корзине осталась последняя бриошь. Всего одна. Я смотрела на нее, не веря своим глазам. Все распродано. За час.

— Сударыня, у вас еще осталось? — спросил меня солидный мужчина в одежде торговца.

— Простите, осталась последняя, — ответила я.

— Я забираю! — тут же воскликнул он.

— Нет, я! Я раньше подошел! — возмутился молодой парень, стоявший рядом.

Они чуть не поссорились из-за моей последней булочки.

— Тише, тише, господа, — я подняла руки, примиряя их. — Не ссорьтесь. Приходите завтра. Завтра я принесу больше.

— Обязательно придем! — заверил меня торговец, с завистью глядя, как парень забирает последний трофей. — Вы теперь всегда здесь будете стоять?

— Каждый день, — твердо пообещала я.

Когда последний покупатель ушел, я опустилась на землю рядом с пустой корзиной. Тобиас тут же подбежал и обнял меня.

— Мама! Мы все продали! Все!

— Мы продали, — выдохнула я, запуская руку в карман.

Я высыпала монеты на ткань, которой была выстелена корзина. Мы с Тобиасом принялись их считать. Медяк за медяком. Их было так много, что мы сбились со счета.

Когда мы наконец закончили, результат был ошеломляющим.

Двадцать семь медных монет.

Двадцать семь! Это было целое состояние.

— Мама… — прошептал Тобиас. — Это… это же очень много?

— Это очень много, — подтвердила я, чувствуя, как по щекам снова текут слезы. Но на этот раз это были слезы чистого, незамутненного счастья.

Мы не просто выжили. Мы победили.

Я собрала монеты обратно в карман.

— Так. А теперь, мой юный бизнес-партнер, мы идем тратить честно заработанные деньги.

— На сапоги? — с надеждой спросил Тобиас.

— Сначала на более важные вещи. На муку. На масло и яйца для завтрашней партии. А потом…

Я хитро улыбнулась.

— А потом мы идем в мясную лавку.

Мы купили у Ганса большой мешок муки, той самой, из твердых сортов, которую советовала Иветт. Купили вдвое больше яиц и масла. А потом я отвела Тобиаса к прилавку мясника.

— Нам, пожалуйста, хороший кусок говядины. С косточкой, для навара.

Мясник отрубил нам щедрый шмат мяса. Я заплатила, не торгуясь.

Когда мы шли домой, я несла мешок с мукой, а Тобиас — сверток с мясом. Он прижимал его к груди, как величайшую драгоценность, и то и дело принюхивался.