Книга Завидная нервно-тревожная невеста, страница 32 – Виктория Рогозина

Когда мы с Алексом вошли в квартиру, знакомая тишина окутала нас, словно защищая от внешнего мира. Дети, едва поздоровавшись, быстро скрылись по своим комнатам — у нас было строгое правило: после девяти вечера я и Алекс уделяем время только друг другу. Алиса обычно проводила это время за книгами или занятиями по танцам, а Миша — погружался в тренировки или зависал в онлайн-турнирах. Каждый знал свои обязанности, и дом становился тихой крепостью, где взрослые могли позволить себе расслабиться и побыть наедине.

Я прошла на кухню, включив свет, который мягко разлился по комнате, озаряя каждую деталь. Алекс молча следовал за мной, как всегда, уверенно и спокойно. Он подошел к окну, задумчиво взглянув на улицу, где ночные огни города мерцали сквозь легкий осенний туман.

— Чай или что-то покрепче? — спросила я, слегка улыбнувшись.

— Сегодня пусть будет чай, — ответил он, отводя взгляд от окна и бросив на меня быстрый, но тёплый взгляд.

Я начала готовить чай, чувствуя, как усталость наконец-то отпускает меня. Мы с Алексом привыкли к таким вечерам — тихим, почти ритуальным, когда мир вокруг словно замедляется, оставляя нас наедине с нашими мыслями и друг другом. После долгих дней, наполненных шумом и заботами, эти моменты были спасением.

Как только чайник закипел, я разлила горячий напиток по чашкам и передала одну Алексу. Он взял её, коснувшись моих пальцев своими, и эта небольшая, почти незаметная связь наполнила комнату теплом. Мы присели на диван, бок о бок, не говоря ни слова — слов сейчас и не требовалось.

Мы с Алексом сидели на кухне, в полумраке ночной тишины, которая обволакивала дом, словно плотное одеяло. В чашках еще тлел горячий кофе — крепкий, почти горький, как наши разговоры о будущем. Я смотрела на темную поверхность напитка, словно пытаясь найти там ответы на вопросы, которые не давали покоя.

— Думаешь, стоит задуматься о переезде? — спросила я, не поднимая взгляда от чашки, мои мысли все еще блуждали где-то между настоящим и тем, что осталось в прошлом.

Алекс, сидя рядом, был как всегда спокоен, словно непоколебимая скала. Он сделал глоток кофе и медленно поставил чашку на стол.

— Мы можем остаться здесь. Я смогу защитить вас, — его голос был уверен, в нем не было ни малейшего сомнения. Но за этой уверенностью скрывалась та тень, что тянулась за нами с той самой поры, когда мы решили оставить прошлое позади. А может, оно само не хотело уходить.

— Я знаю, — вздохнула я, чувствуя лёгкую тревогу. — Но иногда мне кажется, что этого недостаточно. Прошлое всегда находит способ вернуться. И это пугает меня, Алекс. Мы бежали от той жизни, организовали здесь свой быт и… очень грустно, если это все разрушат.

Он посмотрел на меня, его взгляд был глубоким, но теплым. Затем, не сказав ни слова, он взял мою руку и чуть сжал её, так, что я почувствовала ту силу и уверенность, которые всегда шли от него.

— Мы справимся со всем, — мягко сказал он, не отпуская мою руку.

И в этот момент, как по сигналу, в дверь кухни постучали. Я вздрогнула от неожиданности, но тут же увидела в дверном проеме довольную мордашку Миши, который, казалось, всегда умел подбирать момент, чтобы прервать наши разговоры.

— Мам, пап, вы тут кофе пьете? — его улыбка была почти виноватой, но глаза весело блестели. Он выглядел так, будто не спал и просто искал повод присоединиться к нашему ночному отдыху.