Книга Завидная нервно-тревожная невеста, страница 85 – Виктория Рогозина

Миша, едва держа равновесие в быстро мчащихся санях, всё ещё не мог поверить в происходящее. Он бросил взгляд на Карачуна, чья фигура в тёмной меховой шубе казалась самой частью этого ледяного мира. Они неслись вперёд — туда, где их ждали отец и мать.

Тройка лошадей рванула вперед до самой границы, где происходил внезапный и резкий переход: снег и лед исчезали, словно кто-то чертил линию, а на смену им приходили зелёная трава и цветущие деревья. Мир за этой границей был наполнен светом и теплом, совершенно не похож на мрачное и холодное царство Карачуна. Лошади замедлили бег, постепенно останавливаясь, а их дыхание тяжело повисло в воздухе, пока они всматривались в размытый горизонт.

Карачун первым выбрался из саней, отбросив свой тяжёлый тулуп обратно внутрь. Он уверенно шагнул через границу — как только его ноги коснулись зелёной травы, ледяной иней, покрывавший его одежду, растаял, оставляя за собой лишь следы влаги на его тёмном плаще. Алиса и Миша переглянулись и, следуя за ним, также осторожно переступили невидимую черту. Лошади взбрыкнули, будто почуяв изменение, а сани начали трансформироваться — лед и снег растаяли, а сама конструкция приобрела изящные, резные формы, превращаясь в карету, украшенную деревянными узорами и тёмным лаком.

Карачун посмотрел на детей с некоторой усмешкой, затем распахнул дверцу кареты и, придерживая её, жестом предложил Алисе войти первой. Девочка, не скрывая своего восхищения этим волшебным преображением, осторожно шагнула вперёд и забралась внутрь. Миша, всегда более настороженный, огляделся, пытаясь понять, в каком направлении их путь продолжается, и не удержался от вопроса:

— А где начинается царство Кощея?

Карачун задержал взгляд на парне, его ледяные глаза блеснули под холодной бровью. В воздухе повисла короткая, но весомая пауза. Затем он медленно произнёс, намекая своим долгим взглядом на скрытую правду:

— Практически всё вокруг принадлежит теперь Кощею.

Миша нахмурился, пытаясь осознать смысл этих слов. Алиса же уже сидела в карете, пристально изучая пейзаж вокруг, пока волшебный мир продолжал открываться перед ними. Миша залез следом, и Карачун закрыл за ними дверь. Лошади рванули с места, увлекая карету дальше по дороге, ведущей туда, где ждала их новая реальность — и, возможно, встреча с тем, о ком они лишь слышали в сказках.

К полудню карета мягко замедлила ход и остановилась на краю острова Буяна, древнего, таинственного места, которое было известно лишь в легендах и сказках. Остров, окружённый сверкающей водой, казался ожившей иллюстрацией из старинных русских сказок. Вдали виднелись деревянные избы с резными наличниками, каждая из которых была шедевром русского зодчества. Дома стояли на возвышенностях, будто наблюдая за плавно текущей речкой, что мягко огибала остров. Дымки от печей поднимались ввысь, завиваясь над крышами в кристально-чистом воздухе.

Путь к центру острова был вымощен дубовыми досками, время и природа не смогли стереть их следов, а по сторонам росли вековые дубы и ели. Местные жители — простые крестьяне в полотняных рубахах и длинных сарафанах — неспешно занимались своими делами. Кое-кто стоял у дверей своих изб, провожая карету Карачуна любопытными взглядами. Лица крестьян были добрыми и открытыми, а в их жестах читалась простота и сердечность. Ощущение времени на острове казалось другим — всё текло медленнее, спокойно и размеренно, словно здесь сама жизнь шла в унисон с природой.