Книга Плутовка против некроманта. (Не)желанная для ректора, страница 23 – ЮЭл

Как же хорошо было с предыдущим ректором. Пошутил с ним о жалких людях, и все проблемы исчезали, как утренняя роса под лучами солнца.

— Я правильно понимаю, что это не Вы бросились с кулаками на одного из продавцов хлебной лавки. И не Вы угрожали ему испепелить всю его семью. Дорогуша, это уже откровенная ложь.

В отличие от лица ректора, скрыть свои эмоции я не смогла. Округлившиеся глаза и зло поджатые губы свидетельствовали о моем полном провале.

— Я всем расскажу, как Вы безжалостно убили того человека.

Это Я сказала? Мики надо было подумать, прежде чем говорить. Вот сейчас тебя убьют, и все. Никто даже слезинки не прольет.

Его руки медленно, слишком медленно по сравнению с другими магами, перекочевали со спины и сложились на широкой груди.

— ВЫ… МНЕ… УГРОЖАЕТЕ?

Безразличный голос не мог скрыть блеска в глазах. Он злился.

Мики, что же ты наделала? Никто, совершенно никто не рискнул бы угрожать ректору. И уж точно никто не стал бы угрожать некроманту. Но выбора у меня не было, не отступать же… Тем более, вернуться домой, значило обречь себя на вечную жизнь с ненавистным мужчиной. Да что там мужчиной, стариком.

Академия была единственным билетов в счастливую жизнь. С моими-то магическими способностями я могла попасть в свиту самого короля. Осталось только научиться пользоваться магией, и подтянуть оценки по другим предметам.

— Я… я… — Может, Рэм и Агат зададут вопрос, куда делась их надоедливая недалекая подруга. — Я видела Ваше лицо в тот день, в лесу. Вы вогнали кинжал в грудь того беззащитного мужчины. — Надо было рассказать друзьям, тогда у меня было бы больше шансов на спасение. Стоп! Так он же не знает, что я никому ничего не рассказала. — Теперь это известно не только мне.

— И? — ни одного мускула не дернулось на неподвижном лице, лишь только глаза сверкали в полутемном кабинете.

В очередной раз не смогла скрыть своего изумления. Вскочив со стула, который оказался слишком тяжелый, я пошатнулась и рухнула назад. Эффектного возмущения не получилось. Ректор продолжал стоять у окна, со скрещенными на груди руками и смотрел на меня своими бездонными серыми глазами. Никаких эмоций. Никакого страха.

НИ-ЧЕ-ГО!

— Вас повесят. — вместо ответа он склонил голову к правому плечу. — Вас…

— С завтрашнего дня будешь каждый вечер проходить обучение лично со мной.

— Вас повесят. — вместо ответа он склонил голову к правому плечу. — Вас…

— С завтрашнего дня будешь каждый вечер проходить обучение лично со мной.

Я чуть было не задохнулась от возмущения. Во-первых — он что, бесстрашный? А во-вторых — что значит: «каждый вечер проходить обучение лично со мной»? Это он на что намекает? В постель зовет?

Да, конечно, в самом крайнем случае я бы использовала этот ход, но САМА.

— Я не такая! — чуть громче, чем следовало, бросила в лицо ректору.

— Сомневаюсь.

На этот раз вскочить со стула я смогла. Грозно сверкнула глазами в сторону того, кто имеет власть над моей судьбой.

Да, ректор, конечно, прав, но я не обязана признавать его правоту.

— Вы…

— Каждый вечер — сказал как отрезал. — В моих покоях.

Не ожидая ответа, мужчина развернулся и вновь уставился в окно. Меня трясло от злости и обиды. Обиды за то, что в очередной раз ректор разрушил планы. Ни одна из моих проделок не попала в цель. Ни одна моя пакость не удалась. И вот когда я приняла решение, в крайнем случае заручится его поддержкой посредством соблазнения, как он делает первый ход. Да еще в ультимативной форме. Так бы и убила.