Книга Плутовка против некроманта. (Не)желанная для ректора, страница 26 – ЮЭл

Ох, если бы Агат только знал, насколько прав и насколько сильно мне не нравится результат моих действий. Но что делать? Сама виновата.

— Сама виновата, — говорила я себе, когда стояла возле зеркала и смотрела на свое отражение.

Длинное, обтягивающее тело исподнее в пол (в свое время позаимствованное у той же Стэллы) держалось на плечах двумя тонкими полосками. Рукава имелись, но они свободно свисали где-то на уровне груди. Сама же грудь подчеркивалась огромным V-образным вырезом, к краям которой была пришита изящная кружевная полоска.

— Сама виновата, — сообщила себе, надевая поверх исподнего свободное серое платье.

— Сама виновата, — повторила себе, занося руку для стука в дверь спальни ректора академии.

— Проходи. — Гекат Соун стоял у окна с бокалом, наполненным определенно не водой. — Проходи и садись. Сейчас начнем.

Я не стала строить из себя недотрогу, меня пригласили не для этого. Пока некромант прошел в соседнюю комнату, я сняла свое платье и, поправив позаимствованное у Стэллы исподнее, присела на край кровати. Подумала и еще больше оголила грудь. В красивых нарядах и тело красивое.

— И что, черти тебя побери, ты делаешь? — услышала я ледяной рык за спиной.

Я даже подпрыгнула от неожиданности. Разве человек способен так рычать?

Встав в полный рост и обернувшись к источнику звука, застыла как вкопанная. Серые глаза стали почти черными, а на могучей шее пульсировала вена.

Ой-ё-ёй, какой он страшный. Я передумала: пусть ректор навсегда останется непробиваемой, без эмоциональной ледяной глыбой.

— Я… — некромант медленно двинулся в мою сторону. — Спрашиваю… Что… Ты… Делаешь?

— Как что? — я попятилась назад. Сейчас убьет. Как есть убьет. — Вы же сами сказали?

— Что… я… сказал?

Совсем разучился разговаривать, что ли? Каждое слово с остановками. Или это он в моей адекватности сомневается?

— Что каждый вечер… — чем ближе подходил ректор, тем мельче я себя ощущала. Баба Аррайи откормила на свою (то есть мою) голову. Все причитала: «Какой худенький», да «Какой щупленький». Посмотрела бы я на нее сейчас. Завтра же скажу поварихе, перестать откармливать ректора, который, между прочим, наступает, несмотря на то, что я уже устала пятиться назад. — В Ваших покоях…

— Что в МОИХ покоях?

Спина наткнулась на преграду. Полка с книгами. Как же много здесь книг?

— Проходить обучение… — выпалила как на духу и повторила шёпотом, когда ректор склонился надо мной. — Я должна буду проходить обучение.

У меня перехватило дыхание, когда правая рука некроманта опустилась возле моей головы, отрезая любые попытки к бегству.

— И чему, по-твоему, я планировал тебя учить?

— Я…я… — он что ждёт от меня первый шаг? От меня? Я, вообще-то, девушка. Мужчина склонился еще ниже и, почти касаясь моих волос, прошипел.

— И сколько ректоров обучали тебя?

— Я не…

Неожиданно до меня дошло, о чем именно говорит некромант. Он считает меня падшей женщиной, что прыгала в постель ко всем предыдущим ректорам, лишь бы остаться учиться в академии.

— Да Вы за кого меня принимаете?

Его недвусмысленный взгляд в зону моего декольте и приподнятая левая бровь говорили о многом. Я дернулась, прикрыла вырез рукой и гордо вскинула подбородок.

— Я не такая.

— Сомневаюсь.

Порой, когда гнев затмевает разум, человек действует безрассудно. Я не была одним из таких людей. Мой гнев заканчивался тем, что я разжигала пламя в крепко сжатых кулаках и держала его зажженными, пока ярость не исчезала.