Книга По ту сторону мира, страница 95 – Екатерина Мордвинцева

Штифт приносила записки от Фредрика. Короткие, скупые: «Не волнуйся», «Всё будет хорошо», «Я в порядке». Я отвечала такими же: «Я не волнуюсь», «Конечно, будет», «Ты врёшь, но я люблю тебя за это». Последнюю записку она таскала особенно долго — видимо, Фредрик перечитывал её несколько раз, прежде чем отпустить крысу обратно.

— Ты готова? — спросила Грета утром третьего дня. Она стояла в дверях моей комнаты в парадном костюме, с боевым топором на поясе.

— Зачем тебе топор? — спросила я.

— На всякий случай, — она пожала плечами. — Если что — прорвёмся.

— Грета, это трибунал, а не война.

— Это одно и то же, — сказала она.

Линвэль ждал нас в коридоре. Он был в своей обычной серой мантии, но я заметила, что сегодня она вычищена и выглажена. В руках он держал старый свиток.

— Что это? — спросила я.

— Показания, — ответил он. — Мои. О том, как Фредрик работал все эти годы. О том, как он спас отдел не раз и не два. О том, что он — лучший начальник, который у нас был.

— Вы не обязаны…

— Обязан, — перебил он. — Я эльф. Мы не любим несправедливость. И мы умеем ждать. Я ждал три года, чтобы сказать правду. Теперь — время.

Мы вышли из здания Управления. Улицы были пустынны — слухи о трибунале разогнали любопытных по домам. Но у входа в зал заседаний я увидела людей. Не толпу, но достаточно. Курьеры, аналитики, мелкие служащие, которые знали Фредрика. Они стояли молча, без плакатов, без криков. Просто стояли. Я узнала некоторых — те, кто подписал мою жалобу. Они пришли поддержать.

— Вы сделали это, — прошептала Грета.

— Мы сделали, — ответила я.

--

Зал заседаний Высшего совета был огромным. Высокие сводчатые потолки, колонны из чёрного камня, статуи древних магов, которые смотрели на нас с высоты своего величия. В центре — длинный стол, за которым сидели семь членов совета в тёмно-синих мантиях с золотыми нашивками. Их лица были непроницаемы, как маски.

Фредрик сидел на скамье для обвиняемых. Он был в своём обычном мундире, без знаков отличия, и выглядел спокойным, почти равнодушным. Но я видела, как напряжены его плечи, как побелели костяшки пальцев, сжимающих подлокотник.

Он посмотрел на меня, когда я вошла. В его глазах не было страха. Только усталость и — благодарность. Я кивнула, показывая: я здесь. Я с тобой.

— Заседание Высшего совета по делу начальника отдела межмировых аномалий Фредрика Хальдена объявляется открытым, — голос председателя звучал глухо, как колокол. — Обвинение: использование запрещённого полевого артефакта без разрешения, нарушение устава Управления, создание угрозы для сотрудников.

— Защита? — спросил секретарь.

— Здесь, — я поднялась.

На меня посмотрели семь пар глаз. Холодных, оценивающих. Я чувствовала, как дрожат колени, но заставила себя выпрямиться.

— Екатерина, секретарь отдела межмировых аномалий, — сказала я. — Выступаю как свидетель защиты.

— Свидетель? — председатель поднял бровь. — Вы не юрист, не адвокат. Вы имеете право дать показания, но не вести защиту.

— Я и не буду вести защиту, — ответила я. — Я расскажу историю. Историю о том, что произошло на самом деле. И пусть совет решает.

Они переглянулись. Я видела сомнение, но также — любопытство.

— Хорошо, — председатель кивнул. — Говорите.

Я вышла в центр зала. В руках у меня были документы, но я знала, что не буду их читать. Сегодня решали не факты.