Книга Во власти Змея, страница 66 – Ирина Манаева

Легко сказать, только у меня такое впервые. Не хочу показаться странной, потому пытаюсь контролировать эмоции. Только всё же забываюсь, отдаваясь на волю приходящей страсти. Его губы целуют меня жадно, руки скользят по телу, заводя ещё больше. Даже не могла представить, насколько много во мне эрогенных зон, которые можно разбудить.

Раньше я удовлетворяла себя. Сейчас оргазм был таким сильным, что у меня закружилась голова и стали млеть губы. А Горячев что-то говорит, только я не могу разобрать слов. Издав последний стон, откидываюсь, громко дыша, будто пробежала только что длинный марафон. А он выходит из меня, смотря на свой окровавленный член с усмешкой.

Какой счёт? Я же не первая, и от этого почему-то становится неприятно.

По его взгляду понимаю, что он раздумывает, не вытереться ли о простынь, которая уже испорчена, но потом отправляется в душ, и я смотрю на него с удивлением. Он не кончил, это точно.

— Иди за мной, помойся. А потом я буду иметь тебя, как пожелаю я.

Что? Внутри всё обрывается, потому что ласковый и нежный зверь стал самим собой. Змей хочет грубости.

— Мы переспали, - звучит мой голос ему в спину, и понимаю, что Ксан охренительно смотрится без одежды. Наконец, смотрю на огромную змею, свёрнутую на его спине в несколько колец, и чтобы проследить весь путь её тела, следует быть внимательной. Змея будто оживает, шевелясь вслед за его мышцами.

— Думаешь? – усмехается, чуть поворачиваясь ко мне. – Если ты наелась, Лиса, это не значит, что другие тоже. А так выходит, будто не тебя мне подарили, а наоборот.

Его слова коробят. Я не подарок. Не в том смысле, конечно. Только не желаю быть трофеем или презентом кому-то. Неужели нельзя поддерживать равновесие, которое только что настроилось? Почему сразу надо всё портить? Только он уже вошёл в роль похотливого мужлана.

Горячев скрывается в коридоре, и слышу, как в ванной льётся вода. Уверена, дверь не закрыл. Потому что я должна прийти туда.

Пересаживаюсь от грязного пятна, которое сама же и сделала. Ткань впитала кровь, простынь не спасти, как и матрас, по всей видимости. Удобный ортопедический.

Вспоминаю, как переживал по этому поводу Артур, который максимально подготовился. Постелил какие-то тряпки, потому что не желал пачкать белье.

Вот она разница между мальчиком и мужчиной. Одному плевать на всё, другой делает с оглядкой.

— Лиса, - громкий рык, и я поднимаюсь с места, раздумывая, в чём пойти. Срываю простынь с кровати, укутываясь ею, и отправляюсь туда, где меня ждут. Желания не испытываю, была бы моя воля – просто лежала бы на кровати.

Но Змей прав в одном: мне следует помыться. Неважно, что будет потом.

Делаю шаг в душ, смотря на него через прозрачные створки, он мылит грудь, а потом переходит к своему члену. Спускаюсь взглядом в область паха, он всё ещё стоит. И я чувствую, как желание во мне снова поднимается голову.

Горячев обхватывает своей ладонью пенис, и тот не кажется маленьким в его массивной руке. Ого. Это было во мне?

Мысли тут же смещаются в физиологию, когда я пытаюсь представить, а Змей касается ладонью стекла, принимаясь дрочить. Уверена, финала не будет. Только стою, смотря, как взрослый мужик удовлетворяет себя, и сбрасываю простынь, уверенно шагая к нему навстречу.