Книга Невеста для короля драконов, страница 80 – Илана Васина

— Что. Значит. Обрывается? — медленно произносит он, с явным трудом сдерживая подступающую ярость.

Мужчины молчат, опускают глаза.

Только один, — наверно, самый смелый — решается ответить.

— Это не просто побег. Беглянке кто-то помогает. Мои люди уверяют, что на месте обрыва пахнет магией.

— Тёмной? — роняет король.

— Нет, — качает головой тот же смельчак. — Драконьей.

— Ты говоришь. Что один из вас, — король обводит тяжёлым взглядом всех присутствующих, — прячет мою… Амелию?

Странно видеть, как на лицах этих уверенных мужчин мелькает замешательство. Кто-то переглядывается, кто-то хмурится, кто-то склоняет голову набок, будто пытаясь до конца осмыслить сказанное.

Но ещё сильнее реакции драконов меня цепляет кое-что другое.

Почему он так сказал?

Моя Амелия.

Сказал при всех.

Звучит так, словно он меня уже выбрал из всех претенденток и этого не скрывает.

Но я ведь сбежала из замка, чтобы он меня не выбрал. Чтобы забыл обо мне и жил... долго и счастливо. А если он из всех претенденток меня выбрал, то значит, моё проклятье уже запущено? И медленно, но неотвратимо ведёт его к погибели?

Или нужна церемония обручения, чтобы проклятье сработало?

Господи, как тяжело, когда ничего не понимаешь...

Грудь стискивает тревога.

— Нет, милорд, — продолжает всё тот же мужчина. — Это не кто-то из нас. Магией там пахло древней. Забытой. Такую знали лишь первые драконы. Очевидно, это их духи прячут леди Лайтхард. Но почему — я не знаю. И никто не знает. Говорят, на беглянке надет ваш фамильный оберег, милорд. Смею предположить, он тоже молчит, и сдаётся мне, по той же причине. Только древние драконы сумели бы спрятать фамильный оберег Гардов от ваших глаз.

Внимательно всматриваюсь в лицо короля.

Он по-прежнему нависает над столом. Мышцы напряжены так, что кажется, ещё чуть-чуть— и его рубашка треснет по швам. Но дракон теперь держит эмоции под контролем. Лицо у него — невозмутимое как маска.

— Тогда на сегодня всё, — сухо бросает король.

И мужчины тут же начинают расходиться, ни секунды не медля. Кто-то облегчённо вздыхает. Кто-то с пониманием посматривает на монарха.

В моей же голове мысли текут стремительным потоком.

Зачем ты ищешь меня, Ригвер?

Зачем думаешь обо мне?

Так нельзя. Это неправильно, опасно, в конце концов.

Дракон тем временем вертит в руках кольцо. И вскоре раздаётся осторожный стук, дверь раскрывается, и в проёме появляется... Мэлгран.

— Входи! — глухо приказывает король. — Есть разговор.

— Я слушаю вас, милорд! — Мэлгран, приблизившись, почтительно склоняет седую голову.

Как всегда одетый в чёрное, мрачный старик вызывает у меня противоречивые чувства: жалость вперемешку со страхом и брезгливостью.

А король? Что он чувствует по отношению к старому слуге, однажды спасшему жизнь?

Благодарность? Доверие? Привязанность?

По нему не понять — он замер неподвижно, словно статуя из бронзы, сияющая в холодном свете магических светильников.

— Ты знаешь, я всегда ценил твоё мнение, — начинает дракон, будто отвечая на мой вопрос. — И знаешь, почему.

— Я безгранично благодарен вам за это, милорд. Ваш недостойный слуга ничем не заслужил такой милости.

Под тяжёлым взглядом соверена старик не тушуется. Лишь едва заметно напрягаются мышцы лица, пока король внимательно его рассматривает.