Книга Пассажирка, страница 108 – Виктория Серебрянская

— Вхожу в зону центрального распределителя, — доложил Старфф.

Обычные датчики по-прежнему не фиксировали ничего подозрительного. Для электроники это был просто пустой, холодный коридор. Но стоило зонду развернуться в сторону главного распределительного узла, как картинка изменилась.

— Стоп, — коротко приказал Дариан.

Картинка на экране застыла и сменилась на тепловизионную. Умная машина послушно замерла, позволяя ее «глазами» рассмотреть окружающее пространство. И вот здесь, в абсолютной тьме и холоде, проступило то, чего боялись все. В углу, у мощного энергетического кабеля, сканеры зафиксировали слабое, почти призрачное свечение. Оно не было похоже на работу техники. Но это было и не органическое тепло. В углу, у самой переборки, металл больше не блестел. Он был покрыт чем-то темным, влажным и тяжелым. Это выглядело как скопление чужеродной плоти, которая просто «наросла» поверх переборок, игнорируя законы человеческой инженерии. Лидар отрисовал объект: огромный, бесформенный узел, присосавшийся к переборке. Он напоминал кокон или опухоль, которая медленно «дышала», поглощая остатки статического электричества из кабелей.

— Вот оно, — выдохнул Старфф. — Визуальный контакт подтвержден. Это не техническая неисправность. Это полноценное гнездо. Они просто используют его как чашку Петри. Питаются остатками энергии и... тем, что осталось от экипажа.

Я присмотрелась к мерцающему контуру. В самой глубине этой пульсирующей, бесформенной массы, защищенные слоями чужеродной плоти, угадывались четкие, геометрически правильные грани. По спине волной пробежал озноб. Что это такое?!..

— Внимание, — Старфф снова стал пугающе официальным. — «Охотник-12», запустить режим глубокого сканирования. Мне нужно знать, остались ли в этом секторе живые биологические объекты. Или то, что от них осталось.

После этого объявления в кабине катера воцарилась противоестественная тишина. Не знаю, как у других, а у меня постепенно появилось ощущение, что меня обманули в моих лучших ожиданиях. На главном мониторе застыла неподвижная сетка лидара, а в углу замигал индикатор: «Обработка глубокого сканирования: 4%... 7%...». Старфф замолчал, погрузившись в изучение телеметрии на своем флагмане. Или попросту обрубил с нами связь, чтобы мы не грели уши на его конфиденциальных приказах. Для него мы на время перестали быть живыми людьми и превратились в координаты в секторе ожидания.

Устав стоять, я вернулась к нашим местам и медленно опустилась на свое кресло. Ноги подрагивали. То ли от усталости, то ли сказывалось напряжение пережитого. Пальцы словно одеревенели. Дариан остался стоять рядом, положив руку на спинку моего сиденья. Совсем как недавно в «Ротонде». Я чувствовала его тепло, и это было единственным, что не давало мне окончательно провалиться в бездну апатии. Да и от воспоминаний потеплело на душе. Кажется, что все это было даже не в этой, а в другой, сказочной реальности. Если бы мы тогда только знали, что ждет нас впереди…

— Двадцать минут, — неожиданно негромко сообщил всем сразу Ворн, прерывая молчание. Его голос в тишине прозвучал как выстрел. — Столько времени нужно «Охотнику», чтобы просканировать обшивку до самого реактора.

Безопасник неожиданно достал из кармана небольшую металлическую флягу, отвинтил крышку и сделал глоток. В воздухе поплыл резкий, горьковатый запах концентрата шурфов. В академии я по глупости его как-то попробовала. Мне тогда показалось, что хлебнула чистого огня. Так что, когда Ворн кивнул нам, протягивая флягу всем и сразу, предлагая разделить пойло, непроизвольно отшатнулась. Дариан наградил меня пристальным взглядом и отрицательно качнул головой, за двоих отказываясь от предложения.