Книга Пассажирка, страница 37 – Виктория Серебрянская

Но морок рассеялся так же быстро, как и возник.

— И еще одна деталь, — Дариан вдруг резко выпрямился, возвращаясь к деловому тону. — Весь день мы будем заниматься «вводом в контекст». Я расскажу тебе о каждой сплетне, которая сейчас гуляет в «Зените». Ты должна знать, кто с кем в ссоре и кто кому должен. Это лучшая защита от лишних вопросов. Мы превратим твое молчание не в страх, а в высокомерие.

На миг я ощутила горечь несбывшихся ожиданий. И посмотрела на сапфиры, затем на самого Дариана.

— Ты все продумал, верно?

— Я не могу позволить себе ошибиться, Аглая, — Торн посмотрел мне прямо в глаза, и в его взгляде на секунду мелькнуло что-то пугающе честное. — Слишком многое стоит на кону.

Весь остаток дня прошел в странном ритме. Дариан рассказывал мне истории об элите «Селестии», перемежая их анекдотами из нашей жизни в академии. Он заставлял меня репетировать походку, манеру держать бокал и даже то, как я должна смотреть на Шиана — с легкой ленцой и скрытым вызовом.

К вечеру я была выжата как лимон. Но это было к лучшему: паника отступила, сменившись каким-то тупым оцепенением. Я знала все о Вальере и Мирабель. Я знала, как отвечать на провокации. И я знала, что за дверью моей спальни ждет своего часа платье цвета его глаз.

Но самым тяжелым было другое. Весь этот день Дариан был безупречен. Заботлив, внимателен, ироничен. Но я понимала: он делает это не для того, чтобы спасти меня. Он делает это, чтобы я окончательно забыла, кто я на самом деле. И чьи приказы я должна была выполнять. Ощущение, что я всего лишь инструмент в его непонятной игре, было отвратительным.

Сборы заняли гораздо больше времени, чем я рассчитывала. В «Зените» даже зеркала оказались более требовательными: они подсвечивали каждый изъян, каждую мелкую морщинку, оставленную бессонной ночью. Но профессиональный грим — вещь почти магическая. А я достаточно давно пользовалась им, чтобы хорошо понимать, что делаю. Слой за слоем я наносила его, превращая бледную, измотанную Агги в холеную, уверенную в себе Эллу Нисс. Еще одна, очередная маска.

Надеть платье в одиночку оказалось задачей для каскадера. Тонкий «звездный шелк» скользил в руках, словно ртуть. Когда я, наконец, застегнула скрытую молнию и взглянула на свое отражение, то… замерла.

Из зеркала на меня смотрела незнакомка. Глубокий бирюзовый цвет платья заставил мою кожу светиться теплым золотом, а арлинтские сапфиры на шее и в ушах полыхали холодным огнем, чутко реагируя на каждый удар сердца. Крой платья был дерзким и одновременно безупречным: он подчеркивал линии тела так, что я чувствовала себя не защищенной, а… вооруженной. Своей собственной красотой.

В голове вдруг промелькнула мысль, что у Дариана как-то уж очень вовремя оказался наготове ювелирный гарнитур. Словно арлинт точно знал, что мы встретимся и он мне понадобится. А это пугало. Ну не мог же Торн, в самом деле, приобрести его на борту?.. Наверное, просто вез в подарок подруге или невесте, и все так удачно совпало. Рухнувшее было настроение, снова взметнулось на недосягаемую высоту, когда я мстительно подумала, что вполне могу в этих сапфирах попасть в колонку светской хроники. И тогда уже у Торна не выйдет их подарить…

Улыбаясь себе довольной и роковой улыбкой обольстительницы, я собрала волосы в высокую, нарочито небрежную прическу, выпустив пару прядей, как учил Дариан. Последний штрих — капля терпких духов, крохотный флакончик которых я получила от Торна вместе с платьем. И я была готова.