Книга Похищенный ведьмой. Ведьма и охотник, страница 108 – Екатерина Розова

Криво торчал ржавый засов. Это означало , что открыть дверь ведьма открыла, но закрыть не смогла: ее перекосило, доски на ней треснули, сверху рассохлись, снизу разбухли. Раэ сам с трудом отворил эту дверь, и она громко завизжала ржавыми петлями, гулким эхом отдаваясь внутри домика. Однако он вынужден был ее распахнуть пошире. Наверняка внутри должно быть темно.

Раэ ступил в затхлую сырую прихожую, заброшенную и давно опустошенную. Его глаз, ищущий личные вещи, тотчас зацепился за рваный изъеденный молью мужской плащ, забытый на вешалке. Собственно, это был уже не плащ, а так, тряпка, готовая разлезться под руками только прикоснись. Что ж, подобные вещи Раэ находил и раньше, исследуя пустые закрытые комнаты дома, из тех, что были ему доступны в той части, где жила ведьма — ничего особенного. Еще на полу лежала какая-то клетка с задранной дверцей. Ее прутья блестели розовым в предзакатном свету, прутья чистые, не ржавые, да и клетка целая. В ней торчали черные ворсинки кошачьей шерсти да и за версту несло кошачьей мочой. Зверя тут держали недавно.

Впереди чернел проем — вход в следующую комнату. Раэ понял, что у него не получится разглядеть в темноте, что там находится. Убиваться о старую мебель не хотелось. Он вышел на замшелое крыльцо и попытался поймать на рукав одного из альвов. Те обычно охотно составляли ему компанию, летели следом, когда ему надо было слазить в темный погреб или светили ему на ночь, облепив подоконник его спаленки. Но сейчас они сидели на ветке ближнего куста в рядок и настороженно посверкивали на него черными глазками-бусинками. Вид у них был недовольный. Им явно не нравилось, куда лез Раэ. Что ж, придется лезть без них. Что-что, а в ведьминском лесу были и другие способы освещения.

Раэ не надо было далеко отходить от крыльца, чтобы сорвать огромный уродливый гриб, который начал светиться в темноте, едва он занес его в прихожую. Конечно, в комнате должно быть душновато, а это означало, что света хватит ненадолго, но Раэ и не собирался задерживаться, раз уж ведьма не советовала. Он двинулся дальше и очутился в просторной комнате, занимавшей все пространство флигеля. Раэ обошел ее по кругу и убедился, что некогда здесь были перегородки для нескольких комнат, однако их как установили, так и убрали. Осталось только несколько несущих вертикальных балок, некстати торчащих среди залы, словно неровный круг. Большие напольные окна были заколочены уже рассохшимися досками, немного пропускавшими начинающий меркнуть дневной свет, а так же вечерний ветерок — вопреки предположениям Раэ в зале душно не было. Чего-то в этой запустелой комнате не хватало. Раэ не сразу догадался, но в зале не было ни паутины, ни вездесущих грибов, которые норовили захватить углы других заброшенных комнат, ни мха… Убраны, что ли? Тогда почему на полу застарелый мусор в виде черепков, щепы и приличного слоя пыли? Недавно, правда, нарушенного ведьмой. Вон-вон ее следы. Понятно, что этот дом — весь ее, где хочет, там и ходит, но что заставило ее оказаться в этом заброшенном углу? Раэ подошел к балкам, у которых были заметны отпечатки ног ведьмы, поднял гриб повыше… и осветил повешенного за хвост дохлого кота. Раэ отшатнулся. Да, судя по остаткам черной шерсти на иссушенном теле, это был фамилиар Ткачихи. А балка — вовсе не балка, а жертвенный столб, с ржавым железным кольцом наверху для привязывания человека стоймя и в растяжку.