Книга Похищенный ведьмой. Ведьма и охотник, страница 111 – Екатерина Розова

Лич должен опасаться Мурчин как нарушительницу его покоя. Чего только еще ни выкинет предоставленная самой себе ведьма. У нее для этого — целые столетия. К тому же Мурчин оказывалась едва ли не единственным существом, который мог зайти в схрон лича и не помереть. Пребывать рядом с ним ни одна живая душа не пожелает. Дохнут в его присутствии не одни только пауки и грибы. Задержись Раэ рядом с ним чуть дольше, кровотечением из носа и испугом он бы не отделался… Мурчин же могла запросто заявиться и привязать за хвост пленного фамилиара, провести ритуал пробуждения и о чем-то попросить… И это в ночь, когда Раэ уже был тут, в Кнее. Он лежал истекал кровью в доме, а в двух шагах от него выбрался из могилы этот... Наверное, он был очень недоволен пробуждением, а ведь оставил ее в живых. Сильна Мурчин! А он, Раэ, в глупейшей самонадеянности уповал, что может найти ее слабое место!...

Уж не за него ли она попросила? Какой неестественной ценой Раэ был исцелен? А если он не живой, а… глупости! Вон как у него кровь из носа хлещет и сердце рвет. Хоть в этом можно быть уверенным.

И все-таки с тобой что-то случилось, Мурчин, раз ты обратилась за помощью к своему господину. По мере роста могущества и самомнения ведьмы становятся такими, что никакого начала над собой не признают. Одна из причин, по которой маги становятся личами — чтобы их не прихлопнули ведьмы из собственного ковена. Это что ж такое с тобой случилось, что ты решила просить помощи у того, кого вряд ли хотела будить, того, кто вряд ли хотел бы быть тобой разбуженным? И цену-то заплатила соответствующую.

Постепенно самообладание полностью вернулось к Раэ, и он ощутил ночной холод. Огляделся. Уже совсем стемнело. По всему лесу зажглось разноцветное свечение от гнилушек и грибов. Красивее и приветливей от этого мрачный лес не стал.

Ну что ж, лича потревожили по случаю из ряда вон выдающегося. Вряд ли Мурчин еще раз проделает подобное. И за мальчишками личи не гоняются. Сильные мира сего отводят им другую роль — великих воевод армий некромантов. Только лич может управлять большими армиями умертвий. И Раэ ощутил холодок при мысли о были и небыли: о легендах и историях о том, как Ваграмон завоевывал с помощью личей и некромнатовых армий целые княжества. О да, лич — слишком великое создание, чтобы представлять угрозу для Раэ. За комаром не гоняются с топором. Зато понятно, что в том внутреннем кармане среди леса делают мертвецы. Наверное, это собственная охрана лича, который способен ими повелевать. Только вот сам лич спит и не подозревает, что какой-то мальчишка ее потревожил. Да и вспомнит ли про нее!

«Спать», — сказал сам себе Раэ. Чтобы иметь ясную голову, надо было еще и высыпаться. Ему было непросто напомнить Мурчин в первые дни своего пребывания, что ему, как человеку, да еще молодому, надо было ночью часов десять сна. Ведьме-то и двух в сутки хватало. Если Раэ задерживался со сном, ведьма могла его застать и подумать, что не очень-то ему надо спать и надо бы загрузить его какой-нибудь работой. Поэтому пленнику, едва начинало смеркаться, приходилось иногда напоказ зевать перед бездушной тюремщицей и заранее начинать проситься в кровать. Час настойчивых уговоров делал свое дело, но больше помогало постоянство — Мурчин постепенно привыкла, что на Раэ ночью рассчитывать не приходится. Надо поторопиться. А вдруг она уже сейчас вернулась домой и ждет в растущим раздражением, чтобы поручить ему какое-нибудь дело? Ах, раз не спишь…