Книга Похищенный ведьмой. Ведьма и охотник, страница 240 – Екатерина Розова

И Мурчин жестом когтистого пальца подвесила филактерию в воздухе. Пробку положила на стол, заваленный книгами и писчими принадлежностями. Затем таким же жестом выдернула пробку из перечницы и нарочито манерно положила рядом с пробкой от сосуда. Перевернула перечницу над узким горлом серебряного сосуда и высыпала все ее содержимое в филактерию. В сосуде что-то стукнуло, невысоко из горлышка брызнуло чем-то черным. Раэ вскрикнул от ломоты под грудиной.

Мурчин тем временем заткнула пробкой филактерию, взяла из воздуха сосуд и хорошенько его потрясла.

— Поверь мне, он очень, очень сейчас жалеет, что посмел посидеть на твоем крыльце, — улыбнулась Мурчин.

Раэ стало не по себе. Он упал на подушки и отвернулся. Не стал смотреть, как ведьма водворяет филактерию назад в невидимую пустоту.

— Ну, что с тобой на этот раз? — послышался за спиной у него насмешливый голос. Раэ почувствовал, как шевелится под ним перина, потому, что ведьма опустилась совсем рядом и коснулась коготками его плеча… так… ну и что ему теперь делать?

— Ты не рад, что наказан твой обидчик? — прошептали у него над самым ухом, — знаешь, как его сейчас ломает? Нет, ну неужели ты не рад?

Раэ ощутил дыхание ведьмы на своем виске.

— Да не очень-то, — буркнул он. В душе у Раэ поднималась такая злость, и казалось, он не побоится высказать ведьме все, что о ней думает, даже если опять загремит в колодец, — нас в Цитадели учили вас не мучить. Даже таких, как этот…

— Не му-учить? — насмешливо потянула Мурчин, — вас учили не мучить? Да вас учили пытать и жечь нас!

— Вас пытают для того, чтобы выяснить ваши злодеяния, — резко сказал Раэ, — и я теперь понял, для чего вас жгут — чтобы вы не восстали из гроба! Мы были маленькими, и нам не говорили всей правды, потому, что она ужасна. Не просто так вас жгли, не просто так от бессмысленной жестокости вас пытали! Вы и могилы-то не заслуживаете!

— Ты чего проповедуешь, да еще с такой злобой? — недовольно спросила Мурчин, — я для тебя тут все делаю… все для тебя!

Раэ резко развернулся и столкнулся нос к носу с Мурчин. Он не ожидал, что сможет ошарашить ведьму, но видно в его лице сейчас было нечто такое, что ведьма отдернулась, сменила вальяжную позу, с которой разлеглась за спиной своего пленника:

— По-моему тебе просто нравится, когда кто-то кого-то мучает. Тебе нравятся чужие страдания! Ой, нравятся!

— Да, нравятся! А тебе его жалко? — глумливо оскалилась ведьма в лицо Раэ, тотчас оправившись от мгновенного замешательства., — ты что, не понимаешь? Войди он в гостиную — и у тебя бы пошла кровь горлом! Еще два шажка — и из ушей! Еще два шажка — и начали бы у тебя лопаться сосуды в мозгу! Ты бы от этого дурачком мог стать! О, он-то, в отличие от тебя все, все понимал! Подошел к крыльцу, сел и стал ждать, когда ты испугаешься… начнешь кровью течь, ему тебя было не жалко!

И Мурчин ухватила Раэ за ворот его старой, закапанной кровью из носа рубашки, зло рванула ее когтями, притягивая его к себе, оскалилась ему в лицо:

— Я будто не знаю, как вас учат в Цитадели? О, я отлично знаю ваше лицемерие! Изображать жалость к поверженным врагам! Ведь это так красиво смотрится… но сейчас это несуразно!

— Да не жалко мне его! — воскликнул Раэ, и попытался освободить от полосующих когтей ведьмы свою рубашку, — просто так нельзя ни с кем! Просто на это смотреть противно! И радоваться тут нечему!