Книга Агентство Купидон. Чудо в подарок, страница 20 – Екатерина Мордвинцева

после далекой грозы, и едва уловимым, горьковатым ароматом, который она не

могла опознать. Света почти не было, лишь тусклое, призрачное свечение,

исходившее от самих стен — вкрапленные в камень кристаллы отдавали

накопленный за день свет слабыми синеватыми бликами.

Они прошли по короткому, абсолютно голому коридору и вышли в главный зал.

Комната была огромной, круглой, с высоким сводчатым потолком, терявшимся в

темноте. В центре горел огонь в массивном каменном очаге, но, странным

образом, он не давал тепла — лишь освещал, отбрасывая длинные, пляшущие тени

на стены, уставленные до самого потолка полками. И на этих полках Лира

замерла, забыв на мгновение и о страхе, и о котенке.

Книги. Тысячи, десятки тысяч фолиантов, свитков, табличек. Они были повсюду.

Кожаные переплеты, потрескавшиеся от времени, деревянные обложки,

инкрустированные костью и перламутром, свитки из странной, похожей на кожу

рептилии, бумаги. Это была не библиотека. Это был архив эпох. Воздух здесь

был густ от пыли веков и мудрости, которая, казалось, витала между рядами,

как древний дух.

Арвен подошел к очагу и повернулся к ней. Огонь освещал его лицо с одной

стороны, делая резкие черты еще более скульптурными, а другую погружая в

глубокую тень.

— Вы сказали, его магия спит, — начал он, и его голос, потеряв гневный оттенок,

звучал устало и отстраненно. — Что она ищет резонанса. Моя природа могла

разбудить в нем отклик. Это создает проблему.

— Проблему? — не удержалась Лира. — Он умирает! Его магическое ядро не получает

нужной энергии, чтобы пробудиться и поддержать тело!

— Вы не понимаете, — резко оборвал он. — То, что я стерегу… Древние силы,

границы, печати… Они не терпят случайностей. Появление существа с

заглушенной, но отзывчивой на мою силу магией у моего порога — это не

несчастный случай. Это может быть предзнаменованием. Или инструментом.

Лира почувствовала, как по спине пробежал холодок, куда более пронзительный,

чем от камня.

— Инструментом? Для чего?

— Для нарушения того, что должно оставаться нерушимым, — его глаза в свете

пламени казались абсолютно пустыми. — Я не могу исключить, что его появление

— часть чьего-то плана. Или часть чего-то большего. Старого пророчества, о

котором я думал, что оно забыто.

Он говорил загадками, но Лира слышала в его словах не паранойю, а тяжелую,

выстраданную уверенность. Он действительно верил, что за всем этим стоит

нечто грандиозное и опасное.

— И что же вы предлагаете? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал твердо.

— Оставить его умирать на всякий случай? Из соображений предосторожности?

Он посмотрел на нее, и в его взгляде мелькнуло что-то похожее на раздражение,

но уже не на нее, а на ситуацию в целом.

— Нет. Теперь это невозможно. Он отозвался. Это создало связь. Примитивную, но

существующую. Игнорировать ее — значит оставить слабое место в своей же

обороне. Неизученная переменная опаснее известной угрозы.

Он подошел к одному из ближайших стеллажей, провел рукой по корешкам, словно

ища знакомый том.

— Вы сказали, ищете ответ в своих книгах. Ваши книги, — он бросил краткий,

оценивающий взгляд на нее, — для таких вопросов — детские сказки. Здесь, —

его жест охватил всю комнату, — хранится знание. Истинное, часто опасное.