Книга Не та невеста для проклятого князя, страница 42 – Алекс Скай

Он всё же вписал карты.

— Четвёртое. Вы не вмешиваетесь в управление княжеством, распоряжения стражи, переговоры с северными домами и вопросы поставок без моего разрешения.

— Стоп.

— Нет.

— Вы ещё даже не слышали возражение.

— Уже слышу.

— Формулировка слишком широкая. Если я задаю вопрос о поставках в библиотеке, это вмешательство?

— Нет.

— Если я вижу несостыковку в документах и говорю вам?

— Нет.

— Если я говорю Элвину?

— Зависит.

— От чего?

— От того, сколько людей узнает до меня.

— То есть вы хотите контролировать поток информации.

— Да.

— Честно.

— Полезно.

Я наклонилась над столом.

— Запишите так: я не принимаю решений от имени княжества, не отдаю распоряжений слугам вне восточного крыла, не веду переговоров с домами без вашего ведома, но имею право задавать вопросы, сверять документы и сообщать о найденных несостыковках вам, Сельме, Элвину или Ровену.

Дарен смотрел на меня с таким выражением, будто не мог решить, раздражаю я его или экономлю время.

— Вы слишком быстро составляете условия для человека, который вчера не знал северных правил.

— В моём мире договоры тоже умеют портить жизнь. Это универсальное.

Он замер.

Чуть заметно.

Сельма ничего не поняла. Дарен понял, что я снова сказала лишнее.

— В вашем мире, — повторил он тихо.

Я выпрямилась.

— В моей прежней жизни. Не придирайтесь к словам.

— Я не придираюсь.

— Вы запоминаете.

— Это хуже?

— Пока не знаю.

Он вписал мою формулировку.

— Пятое. Вы не пытаетесь бежать из Вейрхольма до Совета.

— Если мне не угрожает прямая опасность со стороны Вейрхольма.

— Если вам угрожает опасность, вы зовёте стражу.

— А если стража и есть опасность?

Пауза.

— Тогда Ровена.

— А если Ровен занят?

— Сельму.

— А если Сельма считает, что бегать по старым проходам после полуночи неприлично?

— Это будет наименьшая ваша проблема.

— Добавьте: «Лиана Морр имеет право покинуть восточные покои в случае угрозы и просить защиты у любого старшего представителя дома Вейр».

— Вы невозможны.

— Зато точна.

Дарен вписал.

— Шестое. Вы не прикасаетесь к предметам с неизвестными знаками, древним печатям, закрытым дверям и моей родовой метке без предупреждения.

Я подняла глаза.

— Это всё в одном пункте?

— Да.

— Впечатляющий список запретных интересов.

— Я серьёзно.

— Я тоже. Что значит «к вашей метке без предупреждения»?

Сельма внезапно нашла очень важную причину изучить книжную полку.

Дарен смотрел только на меня.

— То и значит.

— Вы опасаетесь, что я стану хватать вас за руку при свидетелях?

— После ваших решений за последние сутки я не исключаю ничего.

— Справедливо. Но если ваша печать снова начнёт отвечать на мои слова, мне хотя бы можно будет смотреть?

— Смотреть я запретить не могу.

— Можете. У вас это неплохо получается.

— Но вы не слушаете.

— Тоже верно.

Он опустил перо.

— Достаточно.

— Нет. Седьмое.

— Лиана.

— Седьмое, — повторила я. — Вы не скрываете от меня информацию, если она касается угрозы моей жизни, моего статуса, проклятия или причин, по которым Вейрхольм реагирует на меня.

Дарен молчал.

Вот этот пункт ему не понравился.

— Нет, — сказал он.

— Почему?

— Потому что есть вещи, которые могут навредить вам одним знанием.

— Это очень удобная фраза для человека, который хочет решать за другого.

— Это не удобство.

— Тогда что?