Книга Мачеха поневоле для драконьего бастарда, страница 8 – Алекс Скай

Кайрен не двигался.

Но в комнате стало так тихо, что Арина услышала, как в камине, пустом и холодном, вдруг хрустнул невидимый уголь.

— У меня не было прежних жён, — сказал он.

Арина внутренне выругалась.

Первая ошибка.

Отлично, Соколова. Только попала в новый мир — уже выдала незнание биографии мужа.

Но отступать было поздно.

— Значит, родственники справились без них.

Селеста побелела от ярости.

Кайрен медленно повернул голову к ней.

— Выйдите.

— Кайрен…

— Сейчас.

Селеста сжала губы, но поклонилась. Перед уходом она посмотрела на Арину так, что стало ясно: эта женщина запомнила каждое слово. И обязательно вернётся за ними.

Ровена исчезла следом.

Дверь закрылась.

В детской остались трое: Арина, Кайрен и Ноэль.

Мальчик сидел за столом, но выглядел так, будто хотел стать частью стула. Книга перед ним оставалась открытой. Арина вдруг очень ясно поняла: сейчас Кайрен может сделать одно движение, сказать одну фразу — и всё, что она успела дать ребёнку за эти минуты, рухнет. Он снова решит, что любое разрешение временно, любая защита опасна, любая надежда потом накажет сильнее, чем запрет.

Кайрен смотрел на неё.

— Что это за игра?

— Не знаю ваших игр, милорд.

— Не лгите. Вы знали, как ударить.

— Ударить?

— Вы привели меня сюда через страх слуг, открыли книгу перед мальчиком и поссорились с Селестой в первый же час после пробуждения. Не изображайте простоту.

Арина едва не рассмеялась.

Не от веселья.

От абсурда.

Он видел заговор там, где она просто пыталась не утонуть в чужом утре.

— Поверьте, если бы я планировала интригу, она была бы лучше организована, — сказала она.

В его взгляде мелькнуло что-то неожиданное. Не улыбка. Не доверие. Скорее короткий сбой.

— Вы требуете место за столом для Ноэля?

— Да.

— Зачем?

— Потому что он голодный ребёнок, а не семейная тайна с ногами.

Ноэль тихо шмыгнул носом.

Кайрен резко посмотрел на сына.

— Ты голоден?

Мальчик не ответил.

Это тоже было ответом.

Лицо Кайрена стало каменным. Теперь злость в нём сместилась. Не ушла, нет. Просто нашла другую цель.

— Почему мне не докладывали? — спросил он ни у кого конкретно.

Арина хотела сказать: «Потому что вы хозяин замка и вам удобнее было не видеть». Но прикусила язык. Не сейчас. Не при Ноэле. Иногда правда, сказанная не вовремя, становится дубинкой, а не дверью.

— Может быть, стоит спросить тех, кто докладывал, — сказала она. — И тех, кто выбирал, что именно вам слышать.

Кайрен посмотрел на неё снова.

— Вы слишком смело говорите для женщины, которая ещё вчера требовала отправить его из замка.

Арина замерла.

Вот оно.

Не просто «прежние намерения». Конкретика.

Прежняя Элира хотела избавиться от Ноэля.

Неудивительно, что её здесь боялись.

И неудивительно, что Кайрен смотрел так, будто готов был сжечь её при первом неверном шаге.

— Вчера, — медленно сказала Арина, — я была дурой.

Он прищурился.

— Вы никогда не признавали ошибок.

— Видимо, утро действительно историческое.

— Что изменилось?

Всё.

Тело. Мир. Имя. Жизнь. Небо за окном, где, возможно, летали настоящие драконы. Мужчина перед ней. Мальчик за спиной. Само понятие реальности.

— Я увидела его, — сказала Арина.

Это было безопаснее всего.

И честнее, чем она ожидала.

Кайрен молчал.

Потом перевёл взгляд на Ноэля.

— Ты трогал книгу?