Книга Бракованная адептка драконьего куратора, страница 18 – Алекс Скай

Я посмотрела на неё с неожиданным уважением.

— Запомнила.

— Не улыбайся. К тебе это тоже относится.

— Я и не собиралась выяснять кулаками.

— Все так говорят, пока не освоятся.

Марта Грей бросила на кровать серое одеяло, вручила мне плоский ключ и ушла, оставив после себя ощущение, что в этом корпусе всё же есть закон. Не академический, не родовой. Человеческий. Грубый, но понятный.

Лиана устроилась на подоконнике, Торен присел на стул, Мира осталась у стены. Я хотела сказать, что им не обязательно сидеть со мной, но вовремя вспомнила слова Рейнарда: “До вечера не оставайтесь одна. Найдите тех, кто тоже никому не нужен”.

Видимо, нашла.

— Слухи уже дошли? — спросила я.

Лиана фыркнула.

— Слухи прибежали быстрее тебя, запыхались и теперь требуют воды. Ты сорвала церемонию, огрызнулась лорду Вейну, Арден взял тебя под наблюдение, Кроу на занятии чуть не вышел из круга, а Морвейн сделала вид, что ей всё равно. Последнее особенно смешно.

Торен осторожно добавил:

— Вообще-то Кроу сильный. Очень. Если ты заставила его ошибиться…

— Я не победила.

— Здесь иногда достаточно, чтобы сильный сделал вид, будто почти не проиграл, — сказала Лиана. — У нас в западном корпусе низкие стандарты радости.

Я провела пальцами по краю рукава, скрывая метку.

— Вы не боитесь со мной разговаривать?

Лиана приподняла брови.

— А должны?

— Род Вейн отказался подтверждать за мной статус. Ректор считает меня ошибкой. Селеста Морвейн, кажется, уже ненавидит меня. Рейнард Арден велел никому не доверять слишком быстро, хотя сформулировал это, конечно, холоднее.

— Арден вообще говорит так, будто каждую фразу куют на морозе, — заметил Торен.

Мира тихо сказала:

— Бояться надо не тех, кого все пинают. Бояться надо тех, кто выбирает, кого можно пинать.

Лиана посмотрела на неё с одобрением.

— Вот поэтому Мира говорит редко. Копит точность.

Я невольно рассмеялась.

Смех вышел короткий, усталый, но настоящий. И от него будто трещина внутри стала чуть меньше. Не исчезла. Просто перестала расползаться.

Мы спустились в малую трапезную к седьмому удару.

Еда была простая: густая похлёбка из кореньев и крупы, хлеб, сыр, тёплый ягодный взвар. Я поймала себя на том, что голодна до дрожи. День был такой плотный и безумный, что тело вспомнило о еде только тогда, когда перед ним поставили миску.

За столами сидели адепты западного корпуса. Их было не так много, но достаточно, чтобы я снова почувствовала взгляды. Здесь они отличались от церемониального зала. Меньше презрения, больше оценки. Кто-то шептался, кто-то смотрел прямо, кто-то делал вид, что не смотрит, но слишком часто поворачивал голову.

Я села рядом с Лианой. Торен устроился напротив, Мира — на краю, откуда видела дверь.

— У неё привычка, — шепнула Лиана. — Сидеть так, чтобы видеть вход.

— Полезная привычка.

— В нашем корпусе все полезные привычки сначала выглядят странно.

Я уже взяла ложку, когда у входа появился высокий мальчишка лет пятнадцати в форме младшего служителя Академии. Он оглядел зал, нашёл меня взглядом и подошёл к столу.

— Илария Вейн?

Разговоры стихли.

Я положила ложку.

— Да.

Он протянул мне тонкий белый конверт с зелёной печатью.

На воске был знак рода Вейн: дракон с раскрытой книгой.

— Передано через академическую канцелярию. Под расписку.