Книга Укрощение строптивой некромантки, страница 80 – Виктория Серебрянская

Я сглотнула, глядя на звезды, которые вдруг показались холоднее. Но отступать было некуда. Мне позарез нужно было научиться контролировать свой дар.

— Готова. Лишь бы родители не узнали раньше времени.

Тер Эйтель кивнул, его глаза на миг вспыхнули, словно отражая звезды, и он выпрямился, поправляя манжет.

— Тогда нам нужно убедить ваших родителей, что завтрашняя прогулка по городу — это всего лишь невинное желание подышать воздухом свободы. — Он подмигнул, и его проказливая усмешка вернулась, заставив мое сердце снова подпрыгнуть. — Пойдемте, Розамунда. Пора вернуться в зал и сыграть роль образцовой пары.

Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в пальцах, и поправила выбившиеся локоны. Балконный воздух, пропитанный ароматом ночных цветов, ненадолго дал мне иллюзию свободы, но теперь предстояло вернуться в клетку светских условностей. Мы с тер Эйтелем шагнули обратно в зал, где гул голосов и звон хрусталя встретили нас приливной волной. Гости все еще перешептывались о злополучном вине лорда Ксавьера, чей камзол теперь был украшен пятном, похожим на пурпурный цветок. Леди Вивьен, виновница хаоса, усиленно обмахивалась веером, делая вид, что ничего не произошло.

Я бросила взгляд на возвышение. Маменька сидела, выпрямив спину, ее веер двигался медленно и лениво, но глаза неотрывно следили за балконной дверью. Папенька, напротив, казался расслабленным, но я знала, что его спокойствие — лишь маска перед бурей расспросов. Сердце снова сжалось, но тер Эйтель, будто почувствовав мою панику, легонько сжал мою руку, ведя меня через толпу к трону.

— Улыбайтесь, Розамунда, — шепнул он, наклоняясь так близко, что я уловила исходящий от него легкий аромат — что-то среднее между дымом и можжевельником. — И держитесь естественно. Мы просто пара, жаждущая романтической прогулки.

— Легко вам говорить, — пробормотала я, натягивая улыбку, которая, наверное, больше походила на гримасу. — Если маменька начнет допрашивать, я скорее подниму скелет, чем выкручусь из ее вопросов.

Блондин тихо хмыкнул, и мы остановились перед возвышением. Я сделала реверанс, чувствуя, что даже подол моего платья дрожит от нервозности. Тер Эйтель поклонился, его движения были безупречны, как у придворного, привыкшего к таким сценам.

— Ваши Величества, — начал он голосом гладким, как шелк, но с ноткой искренности, которая заставила даже меня поверить в нашу игру. — С вашего позволения, я хотел бы завтра вечером сопроводить леди Розамунду на прогулку по городу. Мы желаем насладиться вечерним воздухом и красотами столицы, если вы сочтете это уместным.

Маменька подняла бровь, застигнутая врасплох. Наверняка предполагала что угодно, но только не свидание. Ее веер замер, и я почувствовала, как воздух вокруг стал тяжелее, будто пропитанный заклинанием.

— Прогулка? — медленно переспросила императрица. — И куда же вы намерены отправиться, лорд тер Эйтель? Город полон… неожиданностей.

Я сжала губы, молясь, чтобы моя паника не выдала себя. Папенька кашлянул, глядя на нас с легким любопытством, но я знала, что он ждет от меня объяснений не меньше, чем маменька.

— О, всего лишь по центральным улочкам, — небрежно ответил тер Эйтель, но его глаза искрились, будто он уже представлял наше приключение в бедных кварталах. — Фонтаны, вечерние огни, может, пара лавок с безделушками. Ничего, что могло бы обеспокоить Ваше Величество.