Книга Нищенка в академии драконов 2, страница 49 – Анжелика Янчевская

Я снова попыталась приподняться, на этот раз успешнее — злость придала мне сил.

— Я хочу его видеть, — каждое слово я выталкивала сквозь сжатые зубы. — Сейчас же.

Драгонхарт покачал головой с видом снисходительного понимания.

— Боюсь, это невозможно, — он говорил так, словно объяснял простые истины неразумному ребёнку. — Меллина, пойми, если Радон хотел, он бы был сейчас рядом. Я понимаю, это тяжело услышать, — голос ректора стал мягче, почти вкрадчивым. — Но я считал, что будет честнее сказать тебе правду сразу. Чтобы потом не было… неловкостей.

Я смотрела в потолок, не желая, чтобы ректор увидел слёзы, навернувшиеся на глаза. Гордость — вот всё, что у меня сейчас оставалось, и я цеплялась за неё из последних сил.

— Я не верю, — прошептала я упрямо. — Он бы так не поступил. Не Радон. Не после всего, что было между нами.

— Ты очень юна, Меллина, — сказал он, и в его голосе появились нотки снисходительности. — И не знаешь, насколько жестоким может быть мир высшей знати. Они живут по своим законам, по своим правилам, которые не меняются веками. Любовь… — он произнёс это слово с лёгкой насмешкой, — для них это лишь развлечение, мимолётное увлечение, не более.

Он наклонился ближе, и я почувствовала лёгкий аромат горьких трав, исходящий от его одежды.

— Лорд Радон из рода Крегов, один из сильнейших молодых драконов в королевстве, с огромным состоянием и влиянием, — продолжил ректор, четко выговаривая каждое слово. — А кто ты, Меллина? Сирота, девушка без рода, без наследства, без положения в обществе. Как ты думаешь, что перевесит — чувства или обязательства перед родом, честью, традициями?

Я сжала одеяло так, что костяшки пальцев побелели. Каждое слово ректора было острее кинжала и попадало точно в цель. Это были мои собственные страхи, которые я старательно заталкивала подальше все то время, пока мы с Радоном были вместе.

— Но тебе не о чем беспокоиться, — Драгонхарт вдруг снова взял мою руку. Его пальцы были сухими и прохладными, как чешуя змеи. — Ты выздоравливаешь, и это главное. А юношеские увлечения проходят, поверь мне. Скоро ты обо всем забудешь.

Я дернула руку, но его хватка лишь усилилась.

— Более того, — добавил он, и в его голосе появились новые нотки, от которых мурашки пробежали по моей спине, — я думаю, что эта ситуация может обернуться к лучшему для тебя, Меллина. Твоя магия редкая и ценная. Под правильным руководством ты достигнешь необычайных высот. Я лично займусь твоим обучением. Я и так долго откладывал.

Его серебристые глаза словно загорелись изнутри. Я отшатнулась, насколько позволяла кровать.

— Отдыхай, — Драгонхарт наконец отпустил мою руку и поднялся. Его фигура загородила свет из окна, погрузив меня в тень. — Тебе нужно восстановить силы. Я пришлю магистра Эвертона, чтобы он осмотрел тебя. А после… мы поговорим о твоём будущем. Я уверен, у тебя большие перспективы.

Когда дверь за ректором закрылась, я позволила слезам беззвучно течь по щекам. Слезам боли, неверия и только зарождающегося сомнения, которое, как ядовитый сорняк, пустило свои корни в моей душе.

Самое страшное — что где-то глубоко внутри я всегда боялась, что именно так все у нас и закончится.

Каждое пробуждение было одинаковым. Сначала — мгновение головокружения, затем — волна памяти о разговоре с ректором, и лишь потом — осознание того, что я все еще в лазарете. Тело возвращалось к жизни медленно. Ноги едва держали, пальцы плохо слушались, а голова гудела от малейшего движения.