Книга Нищенка в академии драконов 2, страница 60 – Анжелика Янчевская

Выражение лица ректора изменилось. На долю секунды маска соскользнула, и я увидела вспышку ярости в его глазах. Но он мгновенно взял себя в руки, и на лице появилось понимающее выражение.

— Ах, милая моя наивная девочка, — сказал он с мягкой снисходительностью, от которой мне захотелось съёжиться. — Конечно, они ведут себя по-другому.

Он встал и начал ходить по кабинету, руки сцеплены за спиной. В его походке было что-то от хищника, который играет с добычей.

— Они чувствуют твою силу, твою уникальность. Понимают, что ты можешь стать либо их величайшим союзником, либо самым опасным врагом. Поэтому они показывают тебе свою «лучшую» сторону.

Он остановился, повернулся ко мне. В его глазах плясали огоньки торжества, которые он пытался скрыть под маской заботы.

— Но подумай сама — если они действительно так добры и мудры, почему их запечатали много веков назад? Почему не пытаются быть мягкими при мне?

Вопрос повис в воздухе. Ректор присел рядом с креслом, взял мои руки в свои.

— Потому что они знают — я вижу их насквозь. Я знаю, что скрывается под их ласковой маской.

Его пальцы мягко гладили мои ладони.

— Помнишь свою болезнь, дорогая? Когда ты балансировала на грани жизни и смерти?

Я кивнула. Воспоминания о ледяном холоде, разливавшемся по венам, всё ещё пугали меня.

— Это было их влияние, — мягко сказал ректор, но в его голосе я уловила нотку удовлетворения. — Они пытались забрать тебя в своё царство. Навсегда.

Он наклонился ближе, его дыхание коснулось моего уха.

— Если бы не моё… вмешательство, если бы не правильное лечение, сейчас от тебя остался бы только призрак, блуждающий в Пустоте между мирами.

Его слова заставили меня вздрогнуть.

— Я спас тебя тогда, Меллина, — продолжил он, отстраняясь и глядя мне в глаза. — И продолжаю защищать каждый день. Разве ты не замечаешь разницы? Когда я рядом, твоя магия стабильна, управляема. А когда меня нет…

Он не договорил, но намёк был ясен.

Ректор встал, подошёл к окну. Его силуэт на фоне утреннего света казался внушительным, даже угрожающим.

— Кто-то очень умело пытается разрушить доверие между нами, — сказал он задумчиво. — Заставить тебя усомниться в единственном человеке, который искренне заботится о твоём благополучии.

«Не в человеке, в драконе…» — мелькнула мысль в моей голове.

Он повернулся ко мне, и в его глазах я увидела притворную боль.

— Подумай сама, дорогая — кому выгодно поссорить нас? Кто выиграет, если ты откажешься от моего руководства и покровительства?

Пауза затянулась. Ректор медленно вернулся к креслу, сел напротив меня.

— А может быть, это те, кто хотел бы видеть тебя слабой, уязвимой, лишённой защиты.

В последних словах прозвучал явный намёк на Радона, и я почувствовала укол боли. Ректор это заметил — я видела, как в его глазах мелькнуло удовлетворение.

— Бедная девочка, — сказал он мягко, наклоняясь ко мне. — Тебя так жестоко предали те, кому ты доверяла. Но я не такой. Я никогда не оставлю тебя, никогда не предам.

Его рука легла на мою щёку, большой палец стёр несуществующую слезу.

— Я буду защищать тебя от всех — от завистников, от предателей, от тех, кто хочет использовать твою силу в своих целях.

Он встал, подошёл к камину, взял со стола сложенную страницу.

— Позволь мне избавить тебя от этого яда, — сказал он, и в его голосе звучала забота отца, защищающего ребёнка от опасности. — Пусть эта ложь сгорит и никогда больше не отравляет твой ясный разум.