Книга Вторая жизнь барышни Софьи, страница 88 – Нинель Мягкова

Тревога за Ярека не отпускала меня до самого вечера.

Отчета о слежке можно не ждать до следующего утра. Придумаю еще какое поручение по мелочи и закроемся в кабинете снова. Если же интересных новостей не будет, мальчишка продолжит чистить крыльцо. Благо наледь каждую ночь прилипала заново, работы ему непочатый край.

Батюшка сегодня за ужином отсутствовал. Какой-то старый приятель из купцов позвал его на партию в преферанс. Крупными суммами не баловались, ставили по копейке на партию, так что за семейные сбережения я могла быть спокойна.

Сидели мы вдвоем с господином Сташевским, но вовсе не от его близости и некоторой интимности обстановки мне кусок в горло не лез.

Что, если ребенка поймают и выпытают, кто его нанял? Самого Ярека вряд ли так уж обидят, он все-таки свой, а вот на мне отыграются. И подставят, и ловушку организуют, если поймут, что я знаю об их затее. Ну или просто прирежут в переулке, ищи потом, кто и за что. Никогда не догадаются ведь следователи, что барышня полезла предотвращать мятеж…

Заметив, что я почти не ем, господин Сташевский неожиданно проявил участие.

— С мальцом все будет в порядке, — наклонившись вперед и понизив голос, чтобы не слышали слуги, заявил он. — Он умный и юркий. И на удивление честный.

— Все еще не верите в приличных людей вне аристократии? — фыркнула я, невольно отвлекаясь от тяжких дум.

Если хлыщ задумывал так меня растормошить, маневр сработал отлично.

— Если честно, я в них и внутри аристократии не верю,— криво усмехнулся Сташевский и потянулся за еще одним пирожком.

Грибы с луком и яйцом — фирменная начинка от нашей кухарки. Где ни пробовала, такого аромата не нашла. Под куриный золотисто-прозрачный бульон самое оно.

— Тем более. Достоинство не зависит от места рождения или семьи. Отчасти от воспитания, но и то я видела немало примеров, когда у образцовых родителей после обучения в элитной школе, гимназии и университете вырастало такое го… негодное создание, что соседи диву давались.

— Где это вы видели выпускников университета? — заинтересовался господин Сташевский. — Если что, я военную академию окончил.

— Я, для разнообразия, не о вас, — невольно улыбнулась я.

Так привык к моим шпилькам, что все принимает на свой счет.

— Тогда кто? — не отставал хлыщ.

— Вы с ними не знакомы, — выкрутилась я, потому что не могла же привести в пример столичных паразитов из издательств!

Сидели там и юристы, и бывшие мелкие чиновники, и все смотрели на уездную барышню сверху вниз только потому, что я приехала из Унгура и имею несчастье быть женского пола. На статьи мои обратили внимание, только когда я заявила, что их пишет мой болезный брат, что не выходит по состоянию здоровья из комнаты.

И подписала их С. Мещерский.

А до того лишь к печатной машинке допускали, переписывать чужие опусы начисто. Много с такого не заработаешь, а руки к вечеру гудели и опухали. Там я начало своего артроза и получила.

Цели своей господин Сташевский достиг. Я перестала беспокоиться о том, чего все равно не могу изменить. Раз уж втянула Ярека в авантюру, положусь на его сообразительность.

И даже поспать ночью умудрилась.

А с утра пританцовывающий на морозе Ярек уже околачивался возле нашего крыльца.

Батюшка отсыпался после преферансной ночи, я тоже никуда не торопилась, но Дуняша, следуя моему приказу известить, как только мальчишка появится, меня разбудила на рассвете.