Книга Странник, страница 120 – Рина Когтева

Меня расталкивают, упорно трясут за плечо. Ну вот у кого хватило бы на это наглости? Мне известен только один такой человек. Миртес бы, конечно, уже начала говорить.

— Чего тебе, Морн? – мрачно спрашиваю я.

Ну очевидно же, что что-то случилось, раз он пришел посреди ночи и трясет меня за плечо.

— Сентек, это я! Просыпайся!

Махен… Я резко сажусь на кровати. В комнате темно, и лица брата я не вижу, но в его руках светящийся планшет.

— Вот! – он тычет в него пальцем.

Я смотрю, куда он указывает. Какая-то схема из точек и линий.

— Что «вот»? – медленно спрашиваю я, хотя уже начинаю догадываться.

— Да вот же… – снова показывает Махен. – Это она! Это Та-Нечер!

Я впиваюсь глазами в изображение, начинаю понимать, что это – схема космического пространства вокруг нашей звездной системы. Точка, на которую указывает Махен, гораздо крупнее остальных. Махен включает анимацию, и точка начинает медленно двигаться, потом красным обозначается ее траектория.

— Где они пройдут? – сдавленно спрашиваю я.

Махен тыкает пальцами в планшет и запускает модель, точка движется по своему красному пути, а в это время планеты вращаются вокруг солнца. Все ближе, ближе и ближе… Но не ближе владений Хольг. В саму систему Та-Нечер заходить не будет. Я смотрю дальше. Максимальное сближение. Странно, но в этой точке Альрат находится к Та-Нечер ближе остальных планет – Мирраер по другую сторону солнца, а Инсонельм на половине пути. Совпадение? Узнаем.

— Когда?

— Через три месяца. Надо вылетать как можно скорее, чтобы успеть.

Я некоторое время молчу.

— Ты уверен, что это Та-Нечер?

— А что еще? – раздраженно спрашивает Махен. – Там вообще не должно быть ничего такого размера.

У меня нет причин ему не верить.

— Пошли-ка, – я вскакиваю, натягиваю первую попавшуюся одежду.

— Куда?

— К Миртес.

— Так ночь же… – оторопело замечает Махен.

— Проснется, – коротко отвечаю я.

Мы идем по пустым коридорам, освещенными только рассеянным светом ночных ламп. Мне хочется включить солнце, чтобы момент соответствовал моему настроению, но этот каприз придется отложить до утра. До спальни Миртес идти всего-то минуту – я предусмотрел это, когда перепланировал дворец, иногда удобно, иногда доставляет массу неприятностей. У дверей как всегда черная стража. После того, как Великая Царица стала Царицей-Регентом, а потом и Великим Царем, она очень серьезно относится к своей безопасности.

Удивительно, как легко и просто народу Альрата далось превращение Миртес в Хескаана Хмаса. Слова «Воля Богов» возымели поистине магическое действие, и народ безропотно согласился с таким странным поворотом истории. На мой взгляд – хотя ни Морн, ни тем более Миртес об этом и не подозревают – большинству просто наплевать на то, кто сейчас сидит на троне. Я вспоминаю то время, когда и меня это особенно не волновало, хотя у меня в друзьях была дочь Великого Царя. Ну правил Лаир Тарт, потом стал править Вейт Ритал – я-то как был бедным художником, который вынужден подрабатывать грузчиком и копателем могил, так им и остался. Если у тебя в кармане не густо, то от того, кто сидит на золотом троне, мало что меняется. Политическая жизнь Альрата – удел узкого круга, широкие массы более обеспокоены насущными проблемами, а не количеством Царей и их легитимностью. Но нашлись и те, кто был против. Поначалу даже сложился весьма сплоченный круг под руководством одного наместника нома, связавшего смерть Диммита и необычную волю Богов. Этот наместник оказался достаточно прозорлив, чтобы разгадать нашу нехитрую интригу, и даже высказал предположение, что никакой воли Богов на самом деле не было, а все подстроил Благословенный Морн, старый друг Царицы Миртес. Ну и я, конечно. Я для них вселенское зло – выскочка из низов, добравшийся до власти и остающийся на ее вершине просто из-за того, что я сплю с Царицей. Но вот, первым избранным начала являться фальшивая воля Богов Анима, к таким избранным, естественно, относились и те, кто входил в тайный круг несогласных. И, надо отдать должное Морну, ход был сильным. То, что Богов можно подделать, не укладывалось в голове даже у самых подозрительных. Наместнику пришлось придумать какую-то новую десятиэтажную теорию с кучей допущений, объясняющую, почему Боги оказались на стороне Миртес, но заговор уже дал трещину. Народу, как я уже сказал, было наплевать – раз Боги сказали, значит, так надо, да и без разницы, что там происходит в столице.