Книга Дурочка, страница 79 – Аксюта Янсен

Спать Ия ушла далеко за полночь, но гораздо раньше, чем остальные. По крайней мере, бабушка в это время ещё точно провожала последних гостей, а Ланц присматривал за работой клининговой службы, которая постепенно, с дальних помещений, включалась в дело.

Жизнь не просто в богатом доме, а в целом поместье — приучает к роскоши. Где бы она ещё могла попивать утренний кофе, сидя на открытой террасе, широким проходом соединённой с кухней? В местном климате это не то что имело смысл, но было просто-таки необходимым элементом архитеқтуры, если что-то жаришь-варишь и при этом предпочитаешь обходиться без вытяжки. В их доме, аутентичном настолько, что в нём даже можно было заметить давнишние следы пребывания чхенов, было всё, и широкий выход в сад и даже воздуховод откуда-то из подземелья, откуда в кухню поднимался прохладный влажный воздух.

А с другой стороны — тщательно культивируемые заросли сада, мелочь какая-то возится в траве и негромко трещит и еще половина турки кофе осталась. И всё это принадлежит ей одной, потому как остальные домашние эти утренние часы проспали. Красота!

Э нет, уже не ей одной, потому как на террасу вышел отчаянно зевающий Макс — взлохмаченный и во вчерашнем прикиде и, значит, как минимум, кофе придётся делиться. А вторая кружка? Лень идти. А, ладно, не побрезгует и из её попьёт.

— Держи!

Кружку в руки ему пришлось-таки всунуть (а спал ли парень вообще)? Макс тяжело опустился на второй стул, сделал один большой глоток горькой жизни (это ему повезлo, что кофе уже немного подстыл и парень не обжёгся) и вроде как начал отчётливей осознавать окружающую действительность. По крайней мере, открыл глаза на европейскую ширину, узрел Ию напротив и засмущался.

Вот и интересно, если он каким-то образом не уехал с семьёй, а задержался в поместье, то где (у кого!) был и чем занимался? Ответ очевиден, если вспомнить, насколько плотно его вчера взяла в оборот Ленка. Ия внезапно развеселилась.

— Макс, а Макс, — она потыкала в парня пальцем, — я не наш папа, чтобы тебя с фамильным дробовиком поджидать. Да и он вряд ли будет.

— Так ты не обиделась? — он поднял на неё взгляд. Нет, подружка вpоде бы в отличном настроении и от души забавляется.

— Нет, вот если бы ты отправился в горы, без меня, я бы, наверное, обиделась. А на это... — она пожала острыми плечиками.

— Мир, дружба, жвачка, — предложил Макс и протянул руку через стол. Ия её торжественно пожала.

— Сразу после окончания праздников и отбытия родственников мы едем на раскопки, — Ие срочно пришлось искать совсем-совсем постороннюю тему, потому как несмотря на «мир-дружбу-жвачку», парень явно чувcтвовал себя неловко, а об этих своих начинаниях она вчера вроде бы забыла упомянуть. — Это я тебя предупреждаю заранее, ты у нас теперь человек занятой и деловой, вот, чтобы ты заранее время себе высвободил. Я попросила — Ланц договорился — всё уже решено.

— Кстати, работа же! — Макс не то что взбодрился, подскочил даже. — Меня к одиннадцати на биофабрике ждут. А раскопки это да, это обязательно. Сообщишь потом точный день?

— Постой, — Ия тоже поднялаcь и даже нахмурилась. — Это какую-такую работу ты собрался работать с подобного недoсыпа? К чёрту подробности, как ты за руль собрался садиться!

— А, — ерунда, — они уже шли к подъездной дорожке, где одиноко скучали несколько разномастных машинок. — Я не работать, я поздравлять сотрудников буду и подарки дарить. Если не появлюсь — ничего страшного, замы за меня поздравят, но будет некрасиво. И я не поеду сам — автопилот довезёт. Мне даже трек прописывать не надо, он от вашего поместья до моей биофабрики проложен давно — только нужный из списка выберу. Кстати, в дороге час-другой и подремать можно.