Книга Желание богов, страница 113 – Тан Ци

— Ты любишь ее, – с пониманием сказал он.

Но, даже сделав такой вывод, повелитель людей, похоже, не до конца верил в него. Он недоверчиво повторил:

— Ты тоже любишь ее.

Чжаоси в облике Цзи Минфэна прекрасно видел, как третий принц относится к Чэн Юй. Да, было время, когда тот баловал ее, исполняя почти любую прихоть. Возможно, именно поэтому Чэн Юй так к нему привязалась.

Когда княжич Цзи вернулся из Загробного мира, он какое-то время был уверен, что уже никогда не сможет вновь заслужить расположение княжны. Но, к его удивлению, Лянь Сун внезапно начал отдаляться от нее.

Чжаоси понимал мир лучше, чем Чэн Юй. Он знал, что существуют ветреные повесы, для которых женщины всего лишь игрушки. Их легко привлекает красивая внешность, но их интерес мимолетен. Он был уверен, что Лянь Сун именно такой.

Чэн Юй была невероятно прекрасна – даже третий принц мог счесть ее облик притягательным. Но мужчины столь свободных нравов всегда одинаковы: даже самая потрясающая красота способна удержать их внимание лишь на мгновение.

В Пинъане уже давно ходили слухи о любовных похождениях третьего господина Ляня. Он пресытился, ему наскучила Чэн Юй, поэтому он отдалился. Это поддавалось объяснению. В те дни, когда Чэн Юй мучилась и страдала, Цзи Минфэн, с одной стороны, ненавидел генерала Ляня за то, что тот обманул и использовал ее, а с другой – втайне этому радовался.

Но все эти нелестные предположения оказались всего лишь предвзятыми домыслами. Бог воды, которого он считал ветротекучим и ненадежным, на самом деле искренне любил Чэн Юй. Он отдалился и начал ее избегать не потому, что пресытился, а потому, что осознал, как непреодолима пропасть между богом и смертной. В этом и заключалась подлинная любовь бога воды.

Но Чжаоси не мог принять эту правду. Если Лянь Сун действительно любил Чэн Юй, он должен был раскрыть ей свою истинную сущность и даже постараться найти способ быть вместе ради ее счастья. Но как он мог это допустить?

Повелитель людей потер виски, пытаясь убедить третьего принца и себя:

— Нет, ты не испытываешь к ней настоящих чувств. Настоящая любовь – это не…

Но молодой бог прервал его:

— Мы уже слишком отдалились от темы. – В его голосе звучала усталость. – Эти разговоры бессмысленны.

Его тонкие губы сжались в жесткую линию. В свете свечи эти губы казались почти бесцветными, делая лицо третьего принца особенно беспощадным.

— Я принимаю твои условия. Я могу исчезнуть из ее жизни навсегда. Но тебе тоже лучше держаться от нее подальше. – Он поднял глаза. – Теперь ты скажешь мне, где найти богиню Цзу Ти?

Чжаоси с силой надавил на виски:

— Ты же сам уверен, что даже без тебя А-Юй не полюбит меня? К чему тогда это предупреждение?

Лянь Сун, будто бы с трудом сдерживаясь, холодно процедил:

— Как знаешь.

Божественный посланник опустил руку и пристально посмотрел на молодого бога. «Он действительно не любит ее по-настоящему», – подумал Чжаоси. Иначе как бы он мог так легко согласиться никогда больше не видеться с ней? Раз так, то, даже если он скроет правду, это не будет разрушением чужого счастья из собственных корыстных соображений.

Он помолчал.

— После того как госпожа принесла себя в жертву Хаосу, осталось ее последнее дыхание, превратившееся в семя красного лотоса. Она говорила, что, если поливать его водой из духовного источника Куньлуня, соблюдая все правила, семечко быстро прорастет и вновь станет божеством. Поэтому я отнес семечко в Куньлунь и передал его высшему богу Мо Юаню. Он посадил его в Южных пустошах. Когда я вошел в круг перерождений, еще не было вестей, проросло ли оно. Мне неведомо, что с ним сталось теперь.