Книга Желание богов, страница 49 – Тан Ци

Ее пояс развязался, одежда растрепалась, руки и ноги все еще дрожали. А молодой мужчина, стоявший в двух шагах перед ней, тот, кто всего мгновение назад творил с ее телом все что хотел, был безукоризненно одет, и его лицо сохраняло спокойное выражение, подобное глади воды.

По сравнению с этой безупречной собранностью ее растерянность казалась жалкой, нелепой и даже смешной.

Чэн Юй ничего не понимала. Она не знала, как поступить. Все, что она могла сделать, – это судорожно запахнуть одежду на груди и, руководствуясь каким-то глубинным чувством, прошептать:

— Зачем ты так со мной?..

В ее дрожащем голосе слышалось неверие:

— Мы ведь не связаны кровью, но… разве мы не ближе, чем обычные брат и сестра?..

— Мы никогда не были братом и сестрой, – равнодушно ответил он.

Лянь Сун опустил голову, окинул взглядом ее, потерянную и беспомощную, и все так же ровно произнес:

— Ты спрашивала, почему я не хочу тебя видеть. Хотела знать причину? Вот она. Потому что, когда я вижу тебя, мне хочется поступать так.

Чэн Юй резко подняла голову. Видя, как она сжимается, вцепившись в края одежды, он вдруг усмехнулся:

— Испугалась? Ты могла никогда этого не узнать. Я давал тебе шанс.

Княжна сидела на земле в полной растерянности. Он был тем, кому она доверяла всей душой и на кого всегда могла положиться. Сталкиваясь со сложной задачей, Чэн Юй всегда бессознательно шла к нему. Но теперь он сам подкинул ей сложную задачу, и она не знала, к кому обратиться.

Раньше в такие моменты она просто хваталась за его рукав. Но сейчас… за чей рукав она могла ухватиться?

Ее грудь сдавила страшная тоска. Перед глазами снова поплыло.

— Как это возможно…

Лянь Сун резко закрыл глаза, будто ее слова задели его. Спустя долгое время он повторил:

— Как это возможно.

Когда он открыл глаза, в них вернулась привычная невозмутимость. Однако в его голосе звучала насмешка:

— Да. Ты никогда не думала, что между нами возможно такое.

Затем он потер висок, и, когда заговорил снова, его тон стал совершенно бесстрастным:

— Уходи. – И без тени чувств добавил: – Больше не приближайся ко мне. Держись от меня подальше.

Тянь Бу изначально направлялась к источнику, чтобы подать подогретое вино, но наткнулась на барьер его высочества.

Прослужив третьему принцу десятки тысяч лет, она прекрасно знала, когда ей не следует вмешиваться. Поэтому она не издала ни звука и просто склонилась с кувшином у края рощи, ожидая вызова.

Прошло немало времени, прежде чем барьер внезапно рассеялся, клубящийся, словно тонкий шелк, туман растворился в воздухе и насквозь промокшая княжна Хунъюй с потерянным видом вышла из-за кленов.

Тянь Бу мысленно ахнула. Она задумалась: войти с вином в рощу или последовать за княжной? Но тут раздался голос третьего принца:

— Ночной ветер холоден. Догони ее и переодень.

Та поспешно кивнула.

Когда служанка догнала Чэн Юй, при лунном свете она сначала не разглядела выражения лица княжны. Лишь когда Тянь Бу проводила ее в боковые покои и помогла омыться в купальне при свете двенадцати бронзовых светильников, то заметила опухшие губы и отпечатки пальцев на белоснежных плечах. Она внезапно осознала, что произошло у источника. Сердце ее гулко заколотилось.

Весь мир считал третьего принца ветротекучим господином, но Тянь Бу знала: самые красивые женщины значили для него не больше, чем пыль. Но красавицы отказывались в это поверить, и, даже зная о бессердечии третьего принца, как мотыльки, летящие на огонь, одна за другой добровольно приносили себя в жертву дворцу Изначального предела. Каждая была уверена, что именно она окажется особенной – той единственной, кто завоюет любовь его высочества, безраздельно завладев его умом и сердцем.