Книга Запретная страсть для декана, страница 49 – Наталья Гордеевская

Сообразительная девочка, ну почти гадала. Хоть грамоту ей выписывай за проницательность.

— Я, пожалуй, пойду, — попятилась она, — буду ждать новостей.

Эльза развернулась и рванула так быстро, будто за нею гнались бродячие собаки.

Вот и отлично, одной головной болью меньше.

«Аудитория» для «гостей» академии находилась в подвале. Вход спрятан в стене неприметной кладовки, где управляющая столовой хранила свои амбарные книги. Очень удобно на случай непредвиденных визитов.

— И что тут у нас? — произнес я, спускаясь по лестнице. — Альфред Локвуд или кто-то поинтересней?

Кайл Гримвуд менял личины с такой легкостью, как светская барышня перчатки. Еще он мог управлять тенями, но тут его опознать было проще: сам он тени не отбрасывал даже в солнечный день. Может, именно поэтому «папуля» явился ближе к вечеру?

Альфред сидел в одной из камер на железном стуле. Поза безжизненная, жалкая, одежда разодрана, и под глазом синяк.

— Твоя работа? — ухмыльнулся я Ллойду, который скучал, оперевшись на стену спиной. — Как нашел его?

— Обижаешь, — ответил он, — он мне уже такой «красивый» попался. Девчонки твои по лесу бегали, зачет сдавали по ориентированию, я сверху на них глянуть решил, чтоб никто не отстал от группы. Только взлетел, а этот рванул через кусты напролом. Пришлось задержать. Клялся, что родитель студентки и ты его знаешь.

— Я проверил его, — из коридора в камеру шагнул Райс. — Это он и есть, знаменитый Альфред Локвуд.

Охранные артефакты на его магию не сработали. Это странно.

Видимо, уже успел влезть к нему в голову. Менталистам много времени не надо: пять минут, и все готово!

— Эй, папаша, — негромко произнес Ллойд, зажигая огненный шар, — ничего рассказать не хочешь?

Альфред медленно поднял голову и встретился взглядом со мной.

— Ты — выдохнул он с ненавистью. — Это ты сдал меня ордену! А теперь хочешь забрать мою дочь?

Тело напряглось, будто перед прыжком, и сила скользнула по рукам горячим потоком. Взять бы его и в стену впечатать, а потом придавить, как прессом, пока кишки наружу не полезут.

Только Эльза, наверное, расстроится.

— Я с твоим орденом дел не имею, — холодно ответил я, — ищи доносчика в другом месте. Как от Кайла сбежал?

Альфред поморщился, будто от резкой головной боли.

— Орден держал меня в подвале, — его голос надломился, — меня пытали! Сам Кайл, лично! О-о-о, его фантазия не знает границ! Он срезал с меня кожу, медленно, по кусочку, а его целитель тут же восстанавливал! Это долгая пытка... Но тебе ли не знать, верно?

Он усмехнулся, глядя мне в глаза.

— Это же сейчас ты весь такой правильный! Да, декан Морис? А раныше-то как тебя звали, помнишь?

Слепой Мучитель, верно? — Альфред рассмеялся, запрокинув голову.

Старое прозвище отозвалось внутри гулким эхом. Давно я его не слышал, даже приятно, что кое-кто помнит прежние «заслуги». «Слепым» меня прозвали за то, что от ярости глаза заволакивало белой пеленой.

На самом деле, от любой сильной эмоции, но не рассказывать же об этом всем подряд.

Ну а «Мучителя» вряд ли кому-то надо объяснять.

Сила брызнула из пальцев, и тело Альфреда резко подлетело вверх, остановившись в паре сантиметрах от каменного потолка.

— Я работал сам по себе, если помнишь, — ухмыльнулся я. — Не заставляй меня вспоминать славные деньки.