Книга Сияние вечного пламени, страница 106 – Пенн Коул

— Лютер знает, где она, – выпалила я, и глаза отца вылезли из орбит. – Но мама взяла с него слово помалкивать, и Лютер полон решимости его сдержать.

Внимание Андрея сосредоточилось на двери, тело напряглось, словно он мог рвануть в коридор и лично потребовать у Лютера ответы.

Я встала перед ним и взяла его за руки:

— Лютер считает, что мама жива. Он пообещал, что, если она не вернется до конца года, отправится за ней и вернет сюда.

— И ты ему доверяешь?

Этот вопрос я задавала себе снова и снова и ответы каждый раз получала разные.

— Не знаю, – честно ответила я. – Думаю, что, возможно, да.

Прищурившись, Андрей вгляделся мне в лицо. Я поежилась, понимая, что, если отец за что-то возьмется, от его внимания мало что ускользнет. Я толком не знала, что хочу ему показать, – или не показать.

— Сегодня на арене я видел, как он к тебе относится. Я видел, как он к тебе бросился, когда дела приняли скверный оборот. – Андрей выразительно на меня посмотрел. – Когда он пришел, чтобы привести меня сюда… Редко мне доводилось видеть людей, выглядящих так отчаянно.

Я потупилась и пожала плечами:

— Лютер помогает мне. Как советник. – До конца ложью это не было. До конца правдой – тоже.

Андрей ждал продолжения, но когда стало ясно, что ни объясняться, ни смотреть ему в глаза я не буду, снова глянул на дверь покоев.

— Теперь все обретает смысл. Его письмо. То, что он держит тебя здесь после пожара.

Я нахмурилась:

— О чем это ты?

Прежде чем Андрей успел ответить, в дверь громко постучали.

— Войдите, – проговорила я, и дверь распахнулась.

Вошли Лютер и Аликс, низко поклонившись в знак приветствия.

— Аликс, это Андрей Беллатор, мой отец, – представила я. – Отец, это Аликс Корбуа.

— Командир Беллатор! – Аликс встала по стойке смирно и скрестила опущенные руки в официальном приветствии армии Эмариона. – Познакомиться с вами – большая честь для меня. Я прекрасно осведомлена о вашей безупречной репутации.

Отец, явно удивленный ее словами, ответил на приветствие почтительным кивком.

— Аликс проводит твоего отца домой, когда он будет готов идти, – сказал Лютер.

— Или ты мог бы остаться, – проговорила я, игнорируя то, как напряглись Лютер и Аликс. – Вы с Теллером могли бы поселиться со мной во дворце.

— Нет, милая. – Андрей медленно покачал головой. – Я буду навещать тебя так часто, как ты пожелаешь, но мое место дома. – Я начала протестовать, но отец оборвал меня строгим взглядом. – Если твоя мать вернется, я должен быть там.

С этим я поспорить не могла. Мне хотелось ровно того же, и я не могла лишить его такого шанса лишь потому, что сама застряла в этом клятом дворце.

Отец поцеловал меня в лоб, сжал в объятиях, а потом шлепнул Сору по заднице, отчего она довольно заурчала и носом ткнулась ему в грудь.

Аликс, стоявшая рядом с Андреем, подняла руки, и ее ладони мягко засветились.

— Может немного пощипывать, не шевелитесь, – предупредила она.

Не веря собственным глазам, я смотрела, как силуэт Андрея заколыхался, а потом место, на котором он стоял, вмиг опустело.

— Куда он делся?

— Я здесь, – прогудел отцовский голос.

— Он… Ты стал невидимым?

— Правда?

Я побежала на голос к тому, что выглядело как пустое пространство, но руками уперлась в твердый объект. Я могла касаться Андрея, даже чувствовала его тепло, но глаза не различали ничего.