Книга Сияние вечного пламени, страница 108 – Пенн Коул

— Тебя не поймают, – твердо проговорила я. – Даже если вдруг поймают, я никому не позволю тебе навредить.

Взгляд серо-голубых глаз пронзил меня насквозь, и в груди стало тесно. Я только что пообещала безопасность Потомку, которого поклялась уничтожить?

— Ни Лили, ни Тарану с Аликс. Пока я королева, вы все со мной в полной безопасности.

Плотная аура Лютера словно обвила меня, касаясь моей кожи.

— Ты тоже со мной в полной безопасности.

Хоть я – невероятно и необъяснимо – поверила в искренность слов Лютера, они казались ложью больше всего им сказанного. Какая безопасность, когда у нас… такое?

Тяжелое молчание повисло между нами и с каждой секундой казалось все громче.

Потупившись, я стала теребить волосы, судорожно накручивая белые пряди на палец. Я знала, что Лютеру не понравится то, что я скажу дальше.

— Я попросила отца посещать Домо-приемы в качестве моего консультанта.

Как по команде поза Лютера стала напряженной. Он оторвался от стены и выпрямил скрещенные руки.

— Он консультировал Ультера в делах смертных, – зачастила я. – Можно сказать, что мне он будет помогать таким же образом. Я оставлю при себе советников и консультантов покойного короля, как ты сам говорил.

Я напряглась, приготовившись к критике, но тишина затянулась до невыносимого.

— Если ты этого хочешь, я приму меры.

Я взглянула на него с удивлением:

— Ты не считаешь это плохой идеей?

Лютер замялся, очевидно, взвешивая свои слова:

— Сказать горькую правду?

— Как всегда.

— Это не плохая идея, а опасная. После сегодняшнего любая связь со смертными опасна.

Сомнения свились в тугой клубок у меня в животе. Оттолкнуть близких или держать рядом с собой – дилемма, всегда напоминающая качающийся маятник, к движениям которого мне никогда не удавалось приспособиться. Я танцевала на бесконечном канате, постоянно рискуя слишком сильно наклониться в одну из сторон.

Лютер приблизился ко мне на шаг.

— Сегодня на похоронах ты сильно меня напугала, – проговорил он мягко, чуть ли не с нежностью, опустив подбородок. – Ты как, в порядке?

Я попыталась придумать какую-нибудь колкость, дабы поддразнить Лютера или рассмешить, – что угодно, лишь бы он не приглядывался слишком пристально к слабостям, которые я всегда отчаянно старалась спрятать.

Но я не могла его подкалывать. По неведомой причине Лютер начал показывать мне себя – настоящего себя. И не только улыбки и смех, но и страх, гнев и печали. Ответить ему тем же – меньшее из того, что я могла сделать.

Я покачала головой.

— Насколько дело плохо? – шепотом спросила я.

Лютер подался вперед, потом замер, осадив себя, – у него даже мышцы задергались.

— Мы всё уладим. Придумаем объяснение. Когда будешь готова, проведем новую демонстрацию твоей магической силы, или можно…

— Лютер! Только горькая правда, помнишь?

Он судорожно выдохнул.

— Насколько дело плохо? – настаивала я.

— Достаточно плохо.

Я закрыла лицо руками и глухо застонала:

— Как же я так быстро напортачила? Одно появление на публике, и я подписала себе смертный приговор. Наверняка это какой-то рекорд.

— Посмотри на меня! – Лютер сжал мне запястье и осторожно убрал руки от лица, притянув ближе к себе. – Ты не погибнешь. Я обещал тебе, помнишь?

— Да, обещал, – пробормотала я.

— И я говорил тебе, что выполняю обещания, чего бы это ни стоило?