Книга Сияние вечного пламени, страница 157 – Пенн Коул

От моей свиты осталась лишь Элинор, и я к ней наклонилась.

— Мне отойти к барной стойке, чтобы проверить, когда они заметят мое отсутствие?

Элинор закашлялась, чтобы скрыть смешок.

— Не принимай близко к сердцу. Дом Гановерр озабочен проблемами размножения еще больше, чем Дом Корбуа. Их эмблема – белая роза с одной-единственной каплей крови. Они утверждают, что единственный смертный в их роду – это любовник Люмнос, и та капля крови – единственная скверна, которая их когда-либо коснулась.

Я посмотрела на тончайшую белую ткань своих юбок и на алое пятно у подола, куда несколькими часами раньше упала кровь Генри.

— Возможно, тебе стоит пофлиртовать с братом Элеаны, – пошутила Элинор. – Внуши им, что Гановерр может стать королем-консортом, и проверь их приверженность своим принципам. – Элинор негромко фыркнула. – По слухам, он завсегдатай борделей со смертными девушками.

— Получается, развлекаться со смертными девушками Потомкам можно, а жениться на них или позволять вынашивать их детей – моветон?

— Если Дом Гановерр добьется своего, смертных у нас в королевстве вообще не останется. Бедняге Жану придется уговаривать женщин спать с ним вместо того, чтобы платить им за секс.

Мое напускное спокойствие опасно истончалось.

— Дом Гановерр, я очень рада, что вы пришли на мой бал! – громко проговорила я.

Сердитые взгляды повернулись в мою сторону.

Марта сделала несколько шагов ко мне. Двигалась старуха неуверенно и опиралась на руку Элеаны, зато ее глаза буквально сверлили меня злобой.

— Разве могли мы пропустить ваш бал после вчерашнего спектакля на ваших похоронах? – спросила Марта.

По залу разнеслись охи и ахи.

— Ой, простите, на похоронах короля, – прокаркала старуха, криво улыбаясь. – Со всем случившимся я чуть не забыла, что событие касалось не вас.

Реми и Эмонн бросили на меня предупреждающие взгляды, а ухмылка Гэрета откровенно говорила: «Копай себе могилу, вперед!»

В любой другой день я, возможно, поддалась бы на провокацию старой карги. Но надменное фырканье Элеаны зажгло у меня в душе совсем другой огонь.

Безутешно вздохнув, я повесила голову и старательно изобразила покаяние:

— Прошу извинить любые мои промахи. Я твердо усвоила, как важно окружать себя правильными советниками и полагаться на их мудрость.

Эмонн выпрямил спину и ухмыльнулся, но я улыбнулась не ему, а Элинор, пожав ей руку, потом подавила самолюбие и уважительно кивнула Реми. Тот в ответ скупо улыбнулся и сделал вид, что принимает мою благодарность.

Повернувшись к Марте, я подарила ей яркую, очаровательную улыбку:

— Очень надеюсь, что вы сможете меня простить. Обещаю, что в будущем буду куда лучше готова ко всему, что оспаривает мои привычки.

Марта плотно поджала губы:

— Довольно необычно, что кандидат на корону незнаком Двадцати Домам. Нам о вас почти ничего не известно. Ни о вашем происхождении, ни о вашей магической силе.

Элеана похлопала Марту по плечу и постаралась успокоить:

— Бабушка, ее магическую силу мы скоро увидим. – Элеана впилась в меня пронзительным взглядом. – Когда она будет биться на Оспаривании.

Я захлопала ресницами и подняла глаза к небу:

— Не могу сказать, почему Люмнос решила благословить меня короной и самой сильной магией в королевстве. Уверена, причины у нее были, иначе не осмелилась бы оспаривать мудрость Клана.