Книга Бывшая жена дракона. Право на сына, страница 22 – Анна Сафина

каждый раз, когда я заводила эту тему, Арден отнекивался, говоря, что сейчас не

время, и мы созовем гостей лишь после того, как я рожу ребенка.

Тогда я считала его аргументы верными и логичными, а сейчас понимала, что он просто

прятал меня в поместье, как свой грязный позор.

— Хватит думать об этом, Дарина, — прошептала я себе под нос и пошла с ведром на

задний двор, прямиком к колодцу.

Несмотря на то что вода была ледяная, я, стиснув зубы, перетерпела и принялась за

уборку. В такие моменты все мысли улетучивались из моей головы, и из-за этого порой

я любила это занятие, ведь не думала ни о том, кто я, ни какого я происхождения, ни

о своем будущем.

Закончив с уборкой, я вышла из комнаты с ведром грязной воды и чуть не столкнулась в

коридоре с какой-то дамой, одетой в чересчур пышное платье, явно не подходящее

случаю. Казалось, что женщина хотела показать всем, что может себе позволить

подобные наряды, но из-за неуместности всё выглядело наоборот.

— Смотри, куда прешь, коза! — вдруг разозлилась она и прокричала, одергивая подол

своего платья, на которое случайно пролилось немного воды из ведра.

Что ж, судя по ее речи, я не ошиблась в выводах, что женщина была из той, про которых

говорят «из грязи в князи».

— Прошу прощения, я вас не заметила. Дайте платье слугам, они приведут его в порядок.

Женщина подняла глаза на меня и прищурилась, окидывая задумчивым взглядом. Она

кого-то мне напоминала.

В ходе осмотра она составила обо мне мнение и презрительно ухмыльнулась, явно решив,

что я не стою не только ее внимания, но и уважения.

— А ты кто такая, что возомнила себя хозяйкой, раз посылаешь меня к слугам? А ну,

быстро наклонилась и протерла это пятно, иначе я скажу дочери, и она заставит тебя

драить полы всего дома по несколько раз, пока я не решу, что они достаточно чистые,

чтобы я могла видеть в них свое отражение.

Я опешила, услышав ее грубый нахальный тон, и не сразу осознала, что она имела в

виду. А потом до меня дошло, что передо мной стояла мать Николетты. Так вот, кого

она мне напоминала.

Вот, в кого она пошла своим мерзким характером.

Мы с матерью Николетты стояли друг напротив друга и, столкнувшись взглядами, не

отрывали свои взгляды.

— Ты посмотри, какая наглая. Как ты смеешь не опускать глаза, когда леди смотрит?! Я

похлопочу, и тебя отправят на конюшни. Всю жизнь будешь убирать за лошадьми.

Грубое и бесцеремонное обращений этой женщины стало для меня последней каплей. Я

вытащила швабру из ведра, кинула ее на пол и, не обращая внимания на то, что он

намок, схватилась двумя руками за ведро и со всей силы вылила всё содержимое на эту

грубиянку.

Она заверещала, отчего я поморщилась, поскольку голос у нее был донельзя неприятный и

резал слух. Размахивая во все стороны руками, она словно пыталась отмахнуться от

воды, но уже промокла с головы до ног, напоминая мокрую курицу. От чистого платья и

пышной прически не осталось и следа.

— Ты! Ты! — всё выдыхала она, но никак не могла справиться с собственным дыханием.

Я же просто бросила ведро на пол, и оно со звоном покатилось ближе к окну.

Скрестив на груди руки, я смотрела на ту, которая называла себя леди, и ожидала ее

реакции. Почему-то именно сейчас мне хотелось скандала, чтобы выплеснуть всю ту