Книга Зов чёрного лебедя, страница 71 – Мария Устюженко

— Вы помните, как убитые покидали гостиницу?

— Не прям чтоб точно помню, но глаз у меня на такое стал намётан после первого убийства, — уверенно начал он, выкатив грудь колесом. — Мы работаем с утра до утра, особенно в сезон, когда туристы стали на нашу землю захаживать. Это ещё ничего, но тут же и местные подтянулись! Те завсегда рады выпить да за жизнь поговорить. Поэтому дел хватает, да. Но я или мои работники всё-таки стали подмечать уход туристов, но кто ж упомнит всё, правда? То покурить выйдут, то прогуляться, то на свежий воздух просто. Вчера это их маленько прибыло, а до этого, почитай, все комнаты были забронированы, — важно закончил Сан.

— Но вы помните, убитые уходили из своих комнат или отсюда? — Она провела рукой вокруг, воодушевлённо поддаваясь вперёд.

Сан стал поглаживать усы, заметил, что они испачканы, и, схватив тряпку, стал оттирать, прищурившись, словно это могло помочь ему вспомнить.

— Мужики точно отсюда уходили. Они болтали тут вовсю с местными, особенно старику было всё интересно, а женщины, может, из комнат своих. Не упомню точно.

— Жаль, — расстроено протянула Мирослава, отступая от стойки на шаг.

— Спасибо, Сан, — признательно кивнул Вяземский. — У меня к тебе ещё одна просьба.

— Слушаю, — нахмурился он, почувствовав какие-то новые нотки в тоне Мстислава.

— Я надеялся, что градоначальник вообще запретит приезжать туристам, но мою просьбу он, видимо, решил проигнорировать. Но мы с тобой не можем игнорировать их убийства, поэтому тебе следует впредь следить за тем, если кто-то из них вновь нагрянет, чтобы они не покидали гостиницу после полуночи. Ты понимаешь важность моей просьбы?

Хозяин нервно пожевал губы, неуверенно косясь на кухню.

— Я понимаю, что ты не хочешь своей семье проблем из-за туристов, — спокойно сказал Вяземский. — И я этого не хочу. Поэтому если будут недовольные, то говори, что это правило ввёл глава общины. Может статься, что вообще больше никто не приедет и трупов не прибавиться.

— Может, приставишь сюда кого-то из своих парней? — всё ещё осторожничая, вопросил Сан.

— Они и так обследуют территорию ночи напролёт. Но к тебе зайдут лично, — кивнул Мстислав.

Сан облегчённо выдохнул, расплылся в широкой улыбке и уверенно воскликнул:

— Тогда договор!

Задумчиво созерцающая стену Мирослава вдруг встрепенулась и воскликнула:

— У меня вопрос к вашей жене! Она работает на кухне?

Сан вытаращил глаза.

— Зачем вам моя хозяйка?

Вяземскому тоже было интересно, поэтому прежде чем поддержать рвение репортёрши, он вопросительно уставился на неё.

— Она же заведует кухней? Мне нужно узнать у нее, мог ли кто-то посторонний проникнуть туда и подсыпать что-нибудь убитым в выпивку, еду или чай.

— У моей хозяйки вот такой характер. — Сан выставил кулак. — Она даже меня на кухню не пускает, так что даже не надейтесь.

— И всё же я бы хотела с ней поговорить, — с нажимом проговорила Мирослава.

Сан перевёл взгляд на Вяземского, тот кивнул, и ему ничего не оставалось, кроме как кликнуть жену:

— Хозяйка, тут тебя спрашивают!

— Чего? — выкрикнула она в ответ.

— Тебя, говорю, спрашивают! — ещё громче заорал Сан.

Послышались шаги, и из кухни вышла дородная супруга Сана в заляпанном переднике и с двумя толстыми косами, которую здесь называли не иначе, как «хозяйка». Местные не называли кому попало своих имён. Только Мстислав, который из-за того, что проговорился сам, сдал и своих парней.