Книга Соль наших сердец, страница 52 – Роксэн Руж

— Ну привет, пропажа, — сказал Леша, вплотную приблизившись к лавочке.

Что? Это я то пропажа?! Да как… Да что вообще…

— Привет, — буркнула я в ответ, хватаясь за ручки спортивной сумки. Все надуманное мной же волшебство разбилось вдребезги о реальность.

Пропажа…

Сразу вспомнились все эти вечера, которые я просидела не отводя взгляда от часов. Обида вернулась, толкая на безрассудства.

И зачем я только сидела здесь и ждала его. А что мне еще остается делать? Мое дело маленькое. Могла бы уже и привыкнуть за все это время.

Соскочила с лавочки, делая несколько шагов, оказавшись за пределами освещенного фонарем круга. Где-то внутри была надежда, что Леша сейчас привычным жестом схватит меня за руку, притянет к себе, усадит на колени. Наверное, я бы ему это позволила. Все бы позволила…

Но вместо этого мне вслед были брошены слова:

— Опять бежишь, Ксю. Может быть уже хватит нас мучить.

Остановилась, как вкопанная. Ну вот, наверное и настал тот момент, которого я так боялась. Сейчас он скажет те слова, которых я так страшилась и которые в то же время хотела услышать.

Повернулась, сделала несколько шагов назад, вставая напротив мужа. Не стала садиться на лавочку — стоя хотя бы есть возможность сохранить хоть каплю достоинства.

— Хочешь поговорить? Давай поговорим.

Леша зафиксировал колеса на кресле, сложил руки в замок, поднял ко мне голову. На его лицо падала тень от кепки, глаза и без того темные, загорелись черными углями.

— Чего ты хочешь, Ксю? Развода? — спросил Леша холодным безэмоциональным голосом.

— Если ты так решил, что ж… Пусть будет развод, — произнесла я, ощущая вкус желчи на последнем слове.

— Если я так решил? — хмыкнул он, размыкая руки и снимая кепку. До боли знакомым жестом вытер лоб рукавом своей куртки, затем надел кепку обратно на голову. — А ты сама то как решила, Ксю?

Не садись! Стой! И пусть ноги выбивают мелкой дробью об асфальт.

— Тебе это интересно, серьезно?! В последнее время мне казалось, что тебя мало интересуют мои решения.

— Тебе казалось, — последовал ответ. А за ним и наши скрещенные взгляды, высекающие искры от нарастающего напряжения.

Все таки не смогла дальше держать себя на трясущихся ногах. Подошла к лавочке, сбросила с плеча спортивную сумку, и не особо заморачиваясь на изяществе, бухнулась рядом.

Я не знаю, сколько минут мы так просидели друг напротив друга, раня обвиняющими взглядами не хуже хлестких слов. Время сейчас не играло никакой роли.

— Это полный бред, — Леша не выдержал первый, запрокинул голову, как будто решил найти на небосводе созвездия малой и большой медведиц.

Не смогла оторвать взгляда от ходящего вниз и вверх напряженного кадыка, от щек и шеи, покрытых черной грубой щетиной. Леша опустил голову, провел ладонью по глазам, собирая брови к переносице и разглаживая их обратно. От резкого удара его ладоней о ручки инвалидной коляски вздрогнула, слишком уж увлекшись всеми этими жестами мужа, даже не подозревающего какой магнетический эффект он ими на меня производит.

— Я так больше не могу, Ксю. Все эти многозначительные молчания, сопения, закрытые двери. Все это… — Леша обвел рукой, указывая на лавочку, дерево и фонарь.

Оцепенение как рукой сняло.

— Нет, Леша, это я так больше не могу. То ты постоянно где-то шляешься, то пыхтишь на турнике перед своей Анной. Но и этого мало, да? Тебе надо еще и полночи переписываться… С кем, интересно. С Анной? С Мариной? Кто там еще под твоим бдительным оком жопу себе качает? — Как и следовало ожидать, начала я говорить спокойно, а вот концовку своей пламенной речи практически выплюнула ошарашенному мужу в лицо.