Книга Вечная дева. Шанс на счастье, страница 125 – Екатерина Овсянникова

Пока мой пациент спокойно и непринуждённо уплетал угощения, я задумалась о завтрашнем дне. Парню небеса ниспослали не самую добрую мать, но при этом вырос он достойным человеком. Алан, невзирая на трудности, остался собой. Какая-то часть меня прониклась к нему ещё большим уважением, но, к сожалению, у меня так и не хватило сил ответить теплом на его очередное заботливое прикосновение, последовавшее за благодарностью после сытного ужина.

Наблюдая, как теперь уже два гостя мирно спят, посапывая на кровати, я усмехнулась и вернулась к себе в дом, где уже с хитрым лицом на меня посматривал домовой.

— Я видел, как ты на них смотрела! — ехидничал дух, сидя на печи и накручивая на костлявый кривой палец длиннющую чёрную бороду. — Неужели среди тьмы мелькнула искорка света?

— Не говори ерунду, — прошипела я, отвернувшись к окну, где вовсю сияли звёзды. — Ты прекрасно знаешь, что завтра ничего этого уже не будет. Настанет полночь — и воспоминания Алана, как и всех людей, канут в небытие навсегда.

— Дык может стоит этим моментом воспользоваться? — рассуждал страж, покачивая ногой с печи. — Сделать то, что давно хотелось, но по какой-то причине не удавалось. Не будь проклятия, ты бы наверняка с Аланом подружилась, верно?

— Хватит говорить глупости! — огрызнулась я, запрыгнув в кровать и спрятавшись под одеялом. — Ты лишь домовой, и тебе не дано понять души людей.

— Да-да, — передразнил страж, спрыгнув с печи и подойдя к кристаллу. — Только вот ты забыла, Роксана, что домовыми чаще всего и становятся призраки мужчин или женщин, некогда здесь живших… Хорошенько подумай над тем, о чём мы беседовали. Я не хотел бы по какой-либо причине лишиться хозяев раньше времени.

Прошипев под нос что-то невнятное, домовой обратился в дымку и исчез в жёлтом каменном убежище, оставив меня наедине с мыслями. Может, конечно, я погорячилась и зря обругала стража, желавшего мне помочь, но ведь и я так просто не могу в один день измениться! Хотя…

Дальше додумать я не успела, ибо разум погрузился в сон. Ночное видение поведало мне странную историю о том, как я, сидя у берега Плещихи, рассматривала что-то в глади воды. Силуэт увиденного не был мне понятен, но со стороны удалось отличить эмоции «меня самой». Закрыв лицо руками, Роксана проливала горькие слёзы и причитала о поразившем её душу проклятии. Неподалёку по ветру пролетел оторванный листок календаря. И, казалось бы, кого уже удивишь видением об Ивана Купала, но вот год… Похоже, сон рассказывал о далёком будущем, что ожидало меня спустя ещё двадцать лет.

Утром я проснулась в не самом лучшем расположении духа. Настал тот самый день, который, как мне казалось, я успела по-своему возненавидеть за прошедшие годы. Часть меня не хотела прощаться с Аланом, но другая часть при этом понимала, что от проклятия не сбежишь.

Для себя я решила — попробую тогда по совету домового воспользоваться моментом! Коль уж назад дороги нет, так хоть проведу Ивана Купала так, чтобы не сойти с ума окончательно…

Пение птиц, стрекот кузнечиков на улице, свет яркого солнышка, пробивающегося в окно… На сей раз всё это раздражало с удвоенной силой. А как же иначе? Сегодня в очередной раз мир погрузится в забвение, а боль разлуки вновь омоет моё сердце кровью…