Книга Вечная дева. Шанс на счастье, страница 122 – Екатерина Овсянникова

Когда темы для общения закончились, наши голоса стихли. Лишь цокот копыт, издаваемый моим жеребцом, говорил о том, что жизнь продолжается.

— Лексана, останови повозку! — вдруг воскликнул Алан, с тревогой выглянув наружу.

— Зачем? — пожала я плечами, не отвлекаясь от поводьев.

— Остановись! Это срочно!

Негодующе скривив губы, я остановила повозку и, не поднимаясь с места, повернулась к АЛану.

— Рассказывай. Что случилось? Раны заболели?

— Нет, — мотнул головой пациент, аккуратно спустившись с повозки. — Идём, кое-что покажу.

Спрыгнув на землю и поправив платье с косынкой, я последовала за пациентом, который с некой осторожностью подходил к траве возле дороги. Также медленно приблизившись и аккуратно наклонившись в сторону, указанную Аланом, я обнаружила просто неземную красоту.

Из травы на нас смотрел котёнок, небольшой совсем, может пара месяцев от роду. Тёмно-серая дымчатая шерсть была усеяна мусором и колючками, а сам бедняга жалобно и громко мяукал, взывая о помощи. В ярко-жёлтых, словно миниатюрные цитрины, глазах читались боль и страх.

— Ох, бедолага, и откуда же ты тут у нас оказался? Здесь же поблизости нет домов, — проникнувшись сочувствием, Алан подхватил найдёныша на руки. Котёнок вырывался от страха и, кажется, начал мяукать ещё громче. От жалобного писклявого голоса серого комочка в груди стало тесно из-за сочувствия к животинке. Я не заводила себе кошек или собак, ибо даже не представляла, как потом буду жить в случае их смерти. Сколько продлится моя бессмертная жизнь? Полвека, век или же того больше? Сердце моё не выдержит горя потери ещё и близких душе животинок…

Только вот Алан, в отличие от меня, думал иначе. Без каких-либо раздумий он прижал плачущего котёнка к себе и успокаивал его, словно маленького ребёнка. Проникнувшись поведением парня, я сняла с головы косынку и протянула пациенту.

— Держи, укутай его и садись в повозку. Купим ему поесть на рынке.

Кивнув, Алан послушно запрыгнул на своё место, ни на секунду не выпуская пушистый комок из рук. Под цокот копыт, перебиваемый жалобным мяуканьем голодного котёнка, мы в итоге добрались до деревни, где в лавке молочника купили Дымчику еды. Да, именно так мы его с Аланом и прозвали.

Свежая домашняя сметанка пришлась котёнку по вкусу — чуть слышно мурча, пушистый комок жадно слизывал угощение своим шершавым розовым языком, будто не ел несколько дней. Когда Дымчик опустошил блюдце и довольно уселся умываться, мы с Аланом облегчённо выдохнули — теперь уж с котёнком всё точно будет хорошо.

— Возьмём его с собой? — высказал просьбу парень, поглаживая засыпающий у него на коленях пушистый дымчатый комок. — Покажу его матери, вдруг согласится его на время пристроить. Она, конечно, не очень любит кошек и собак, но, может, её сердце растает?

Две пары глаз: изумрудных и цитриновых, вопросительно уставились на меня, ожидая ответа. И как же тут возразить?

— Ладно, только держи его крепче, — ответила, направившись к месту возничего.

Менее, чем через минуту мы уже продолжили путь к отчему дому Алана, не забывая при этом приглядывать за новым пушистым другом. Проезжая мимо лавки с одеждой, я остановила повозку и спрыгнула на землю. Под немой удивлённый взгляд пациента, одетого в штопанные штаны и рубаху, идея родилась в голове в тот же миг.