Книга Фейридейл, страница 176 – Вероника Ланцет

— До встречи с тобой я знавал только насилие. Я был рожден для кровопролитий и разрушений, позволил им сформировать себя, принял эту часть своей сущности. – Амон целует меня в шею, застегнув ожерелье, и холодный металл прижимается к моей разгоряченной кожи.

У меня перехватывает дыхание, а по телу бегут мурашки, словно отзываясь на его близость и обжигающий шепот. Желание внутри меня возрастает, и я чувствую, что становлюсь готовой для него.

— До встречи с тобой я сеял хаос, – продолжает он, гипнотизируя меня своим голосом и развеивая все мои сомнения. – Пока ты не показала мне другую жизнь. Что даже в самых обыденных моментах есть радость. – Амон обнимает меня за талию и крепче прижимает к себе. – Как я могу хотеть кого-то еще, если существую только потому, что существуешь ты? Я живу для тебя и благодаря тебе, – с жаром выдыхает он мне в лицо.

Его голос дрожит от невыносимой боли, а эмоции так и изливаются из него, пока он прижимает меня к себе, словно желая слиться со мной в единое целое.

Я медленно кладу свои руки поверх его, слегка сжимая их, и зажмуриваюсь, чтобы сдержать слезы.

Мы зашли так далеко, но что насчет жертв прошлого? Всего, что мы потеряли, вреда, который причинили своим выбором?

— Я люблю тебя, Амон, – говорю ему со всей своей искренностью. – Я любила тебя так долго и буду любить до тех пор, пока жива моя сущность.

Я беру его ладонь, прижимаю к груди и накрываю своей, призывая почувствовать биение сердца и неукротимую пульсацию души – каждую искорку жизни, предназначенную для него и только для него.

— Села, – стонет он. – Моя дорогая Села, – шепчет он мне на ухо, проводя свободной рукой по моему животу и проникая между бедер. – Посмотри на нас, – приказывает он, и наши взгляды встречаются в зеркале. – Посмотри, как я схожу по тебе с ума. – Амон ласкает меня нежными движениями, покрывая пальцы влагой, а затем плавно вводит один в тесную глубину. – Посмотри, как я ненасытен. Мне всегда будет тебя мало, моя Села.

— Амон… – громко стону я, выгибаясь навстречу его ласкам и потираясь о его твердость.

— Моя Села, моя Села, – шепчет он, пока эйфория разливается по его венам.

И по моим венам.

Во всем моем существе, только с ним и только для него.

Словно обжегшись, я роняю трость и отступаю на шаг, пытаясь выровнять прерывистое дыхание.

Пульс зашкаливает, тело гудит от непривычного ощущения, а между ног скапливается влага – отголосок возбуждения, похожего на то, что я испытала в видении.

Боже милостивый, что это было?

Что, черт возьми, я только что видела?

На лестнице раздаются тяжелые шаги, и я спешу вернуть трость в то же положение, в котором ее оставил мистер Николсон, а потом снова устраиваюсь на диване.

Натянув на лицо широкую улыбку, я поворачиваюсь к нему и изо всех сил стараюсь принять беспечный вид.

— Боюсь, я отняла у вас слишком много времени, – извиняюсь я и поднимаюсь на ноги. – Мне пора возвращаться. Уверена, меня уже ищут.

Мистер Николсон поджимает губы, с подозрением глядя на меня, и я на мгновение задаюсь вопросом, знает ли он, что я прикасалась к его трости.

— Все в порядке, Дарси. Я рад, что ты навестила меня. Надеюсь, в скором времени снова тебя увижу.

— Конечно, – энергично киваю я. – Разве могу я поступить иначе, зная теперь, что мы родня? – выдаю какую-то банальность, медленно продвигаясь к двери.