Книга Фейридейл, страница 298 – Вероника Ланцет

Встав на колени перед ним, я подбираю отброшенное полотенце и снова принимаюсь протирать его раны. Но Амон внезапно останавливает меня, не давая продолжить.

Его тело излучает необузданную энергию – я чувствую это по тому, как воздух вокруг нас потрескивает, предвещая угрозу.

— Что… – Я удивленно моргаю, глядя, как он поднимается с кровати и опускается на пол, чтобы быть со мной на одном уровне.

— Не хочу видеть, как ты стоишь передо мной на коленях, – тихо бормочет он, прислоняясь спиной к холодной стене. – Ты никогда ни перед кем не встанешь на колени, Дарси. Если уж на то пошло, весь мир встанет на колени перед тобой, – заявляет Амон совершенно серьезным тоном.

— Если будешь шевелиться, я никогда не закончу, – ворчу я, хотя мои щеки вспыхивают от его слов.

Я осторожно протираю полотенцем каждую рану, с ужасом наблюдая, как много крови вытекает из них. Некоторые уже припухли и воспалились.

— Сколько времени нужно, чтобы они зажили?

Амон пожимает плечами.

Я поднимаю на него взгляд и хмурюсь в ожидании ответа.

— Я уже и забыл, каково жить без ран. Полагаю, – он делает паузу, задумавшись, – несколько недель или около того?

— Даже те, что загноились?

Он хмыкает.

— Тогда мне просто придется снова их вскрыть.

Я вздрагиваю, представляя, как он разрезает собственную плоть, чтобы откачать гной и заживить рану.

— У меня нет твоих целительских способностей, – с усмешкой говорит Амон. – И никогда не было. Даже будь я в хорошей форме, мне потребовалось бы довольно много времени для восстановления.

Я киваю, но сердце все равно сжимается, стоит мне подумать о том, как он страдает здесь в одиночестве. Боже, это просто убивает меня!

— А если я дам тебе немного своей крови, это поможет? – тихо спрашиваю я.

Его глаза становятся красными, прежде чем он успевает взять себя в руки, а на лице отражается голод.

— Да, – отвечает он.

— Почему же ты не сказал мне об этом с самого начала?

— Я бы никогда не попросил тебя пойти на такое ради меня…

— Даже если бы я сама захотела? Боже, как ты можешь думать иначе? Вот, выпей немного. – Я протягиваю руку. Он пристально смотрит на меня, но не двигается с места и не принимает моего предложения. – Амон, тебе нужно исцелиться и набраться сил для следующих нескольких недель. Если это поможет, пожалуйста, выпей моей крови, – мягко прошу я, поглаживая его по щеке, и подношу руку ближе к его губам.

— Если ты уверена… – бормочет Амон, и не успеваю я опомниться, как он обхватывает пальцами мой затылок, притягивая меня к себе, и проводит носом по моему горлу. Приоткрывает губы и слегка касается ими моей кожи.

Когда он усаживает меня к себе на колени, я шире раздвигаю ноги, отчего платье задирается до бедер, а мое лоно прижимается прямо к его члену. Боже, он такой твердый и пульсирующий. Мне отчаянно хочется избавиться от разделяющей нас тонкой ткани, но я не осмеливаюсь высказать эту мысль вслух – не сейчас, когда на первом месте стоит его исцеление.

Прильнув губами к моей коже, поначалу он просто водит языком по шее, старательно вылизывая ее, и только потом я чувствую его острые зубы. Но кусает он не сразу.

Лишь слегка касается кожи зубами, отчего по всему моему телу бегут мурашки. Все это настолько эротично, что я возбуждаюсь все больше.