Книга Как развестись с драконом и не влюбиться, страница 37 – Анна Ланц

— И все же мы должны проверить, — неуверенно проворил долговязый, еще раз окидывая взглядом мой идеальный дворик.

— Разумеется, — я мягко отошла в сторону, указывая на дорожку, что вела прямо к крыльцу. — Прошу, убедитесь сами.

Представители комиссии чинно последовали к входу, о чем-то тихо переговариваясь между собой. Барон же неожиданно отстал, оторвался от всеобщей процессии и бочком, словно воришка, сменил маршрут.

Он подошел к углу дома, где ночью бушевал пожар. Остановился и ошарашенно уставился на стены. На его лице явственно проступило удивление, а затем, будто желая окончательно убедиться в том, что видит, он провел пальцем по камню. Прищурился, посмотрел на руку, ожидая увидеть следы копоти.

Его выражение, когда палец остался чистым, дорого стоило.

Я злорадно улыбнулась, наблюдая со стороны. Так-так-так, барон. Значит, я не ошиблась. Это было твоих рук дело.

Лансель скривился, словно проглотил что-то кислое, и последним скользнул в распахнутые двери поместья.

Комиссия тем временем одобрительно обсуждала мой дом:

— Чудесное поместье, добротное… Такое еще не одну сотню лет простоит.

Я согласно кивнула, чувствуя, как внутри поднимается теплая гордость.

— Мебели у меня немного, — сразу призналась я, распахивая двери главного зала. — Пока обжито всего несколько комнат. Остальное в пути, я уже кое-что заказала. Но чистота в каждом уголке.

— Главное, чтобы санитарное состояние соответствовало нормам, — отчеканил долговязый, явно цитируя строчку из своей должностной инструкции. — То есть: чистота поддерживалась на должном уровне, следов запущенности не обнаружилось, и, в особенности, отсутствовали грызуны и прочие вредители.

— Прошу, удостоверьтесь сами. Никаких грызунов.

Мужчины прошлись по коридору, открывая двери, заглядывали в комнаты.

Больше всех старался сам барон. Его глазки метались по углам. То ли он усердно пытался найти грязь, то ли мысленно приценивался к моему дому, представляя, как станет его владельцем.

Он даже достал из кармана белоснежный платок и с усердием водил по стеклам, паркету и резным перилам лестницы.

В какой-то момент он даже, изловчившись, протиснул пальцы в щель между дверью и косяком. Вытянул платок и торжественно посмотрел на него.

Платок остался безупречно белым. Да, мои тряпочки поработали на славу.

Краем глаза я наблюдала за его тщетными потугами и едва заметно усмехалась.

Впрочем, осмотр поместья продолжался недолго. Члены комиссии прошлись по всем трем этажам. Они выборочно заглядывали в комнаты, делая пометки. В конце концов, долговязый важно произнес:

— Что ж, видно, что чистота поддерживается на должном уровне. Полы натерты, порядок образцовый. Придраться решительно не к чему.

— А задний двор! — возмутился барон, тыкая в окно. — Видите, как там все заросло?

— Да, я не успела там еще скосить, — спокойно призналась я.

— Ну, успеете, — кивнул долговязый. — Главное, что в доме порядок и крыс, о которых сообщалось, — на этой фразе он сделал особенный акцент, смеряя барона недовольным взглядом, — не обнаружено.

— А выбитые окна? Проваленная крыша? — не унимался Лансель.

— Уверены, госпожа в курсе проблем своего поместья. Но они не имеют отношения к санитарным нормам. — Устало проговорил коренастый, протягивая мне бумаги для подписи. — Вот, распишитесь.