Книга Как развестись с драконом и не влюбиться, страница 96 – Анна Ланц

Я натянула вежливую улыбку.

— Приятно слышать, что мой товар оценили. Остался всего один отрез, так что вы успеете…

Незнакомец недослушал. Наклонился над белоснежным шелком и провел по нему пальцем. Вид грязного, нестриженого ногтя заставил меня стиснуть зубы. Но грубить я не собиралась.

— Так что это за ткань? — спросил он, продолжая внимательно рассматривать шелк и делая странные жесты. Готова поклясться, он применял магию, чтобы испытать волокно.

— Мое собственное производство, — ответила я заученной фразой. — Это первая пробная партия. Но будет еще.

— Это я понял, — хрипло ответил он, резко выпрямляясь. — Из чего вы делаете подобную ткань?

Вот, значит, что его интересует.

— Это мой секрет, — я натянуто улыбнулась. — Уникальная разработка. Пока что я не готова делиться подробностями.

Глаза незнакомца сузились.

— Значит, секрет… — медленно повторил он. Помолчал. — Сколько?

— Отрез стоит…

— Нет. — Меня грубо прервали. — Сколько стоит ваш секрет? Из чего сделана ткань?

Внутри меня все закипало, но я постаралась сохранить внешнее спокойствие.

— Я же сказала: я пока не готова делиться.

— Не готова делиться бесплатно. — Бесстрастно поправил он. — Поэтому и спрашиваю. Сколько?

От его взгляда по коже побежали мурашки. Как же не вовремя ушел Танред.

— Деньги не имеют значения. Секрет останется секретом.

Глаза незнакомца сузились. Рот превратился в узкую презрительную полосу.

— Предлагаю еще раз хорошенько подумать. Чтобы потом не пожалеть.

Он что, мне угрожает?

— Тут не о чем думать, — я гневно сверкнула глазами, повышая голос. — Вы или берете товар, или я попрошу вас отойти и не загораживать прилавок.

Незнакомец задержал на мне долгий, тяжелый взгляд. А затем развернулся на каблуках и скрылся в людском потоке.

Я облегченно выдохнула. И только тогда заметила, что пальцы крепко сжимают край прилавка.

Подумать о неприятном типе мне не удалось, ко мне подошел пожилой торговец. Он с профессиональным страданием взял последний отрез и оставшиеся мотки нити. Долго наглаживал их:

— Ай, девонька… если б я раньше узнал! — сокрушался он, прижимая покупки к груди. — Взял бы у тебя все! Да я это теперь столичным портным в два раза дороже продам!

Что ж, если мой товар уже решили брать перекупщики — хороший знак. Значит, его действительно нашли стоящим.

Скоро появился Танред.

Несмотря на то, что я просила его закупаться скромно, за ним плелись трое мальчишек-доставщиков. Каждый нагружен корзинами и холщевыми мешками так, словно дракон ограбил все продуктовые ряды ярмарки и пару кондитерских заодно.

— Ну что, ты готова? — спросил он, сияя, как свежевымытый медный котел.

— Да. — Я гордо указала на пустой прилавок. — Продала все до последней нитки.

— Я в тебе не сомневался!

Мы покинули центральную площадь, и шум ярмарки начал стихать. Свернули в тихие, узкие улочки, и только тогда я поняла, как же ужасно устала. День, проведенный на ногах, накрыл меня сразу, словно кто-то резко выключил рычаг «режим торговли».

И еще я поняла, насколько голодна. А из корзин, которые тащили за Танредом мальчишки, тянуло так умопомрачительно, что у меня внутри все сворачивалось в голодный бараний рог.

Танред, как назло, продолжал перечислять покупки:

— … взял еще пряники с вишневой начинкой, их печет забавная седоволосая старушка. За ними выстроилась очередь на пол ярмарки, поэтому я понял — надо брать.