Книга Измена. Право на истинную, страница 71 – Рин Рууд

Я сжимаю кулаки.

— И именно лесную сирень я учуял тогда, когда заявился с шантажом, — Вестар расплывется в улыбке. — И я ведь не просто так, тогда поинтересовался, будет ли вас в скором времени трое.

У меня ноги холодеют, по спине прокатывается волна озноба.

— Нет хуже участи для Альфы, чем отсутствие наследников, — Вестар щурится на меня. — И за всеми этими сюсю-мусю я все же видел недовольство нашей матушки и отца, что твои очаровательные сыновья от Ивара. Еще несколько лет попыток зачать, поездок в Храм Матери Луны, и тебя бы списали со счетов, душа моя, но разве можно строить такие планы, когда слишком много переменных?

— Это полный вздор, — Ивар медленно выдыхает.

— Можно было бы предположить, что травками твою жену травила Гриза, но… ту самую, что так сладко пахнет на коже, достать могут даже не все богачи.

В гостиной как-то становится холодно, будто за стенами замка морозная зима. Жрец, который медленно жует печеньку, мрачнеет, а его глаза недобро темнеют.

— А вот неприличными письмами и слухами могла подсуетиться и милая чародейка, — продолжает Вестар, — а этим воспользовались наши родители. И они особый акцент сделали на изгнании. И я считаю, что это гениальная идея. Избавиться от деревенщины-невестки и непутевого сына, который их позорит чуть ли не с самого рождения.

Я перевожу взгляд на Ивара. Бледный, глаза горят, и лишь крылья носа вздрагивают от гнева. Неожиданно он протягивает руку ко мне, накрывает мою ладонь своею и мягко сжимает пальцы. На меня волной накатывает его клокочущая ярость, а под ней я чувствую сожаление и вину.

— Что-то уже совсем невесело, — Верховный Жрец встает, отряхивает бороду и решительно шагает к дверям столовой. — Я люблю быть наблюдателем, а не участником всего этого дерьма. Лесная сирень, значит… Вот гадина, а…

— Что ты так возбудился, старый? — Вестар провожает его заинтересованным взглядом. — Я что-то пропустил в своей невероятной догадке?

— Не что-то, а кого-то, — цедит сквозь зубы Жрец и повторяет. — Кого-то.

Верховный Жрец за ухо затаскивает верещащую кухарку в гостиную. При желании она бы могла от тощего старика отбиться, но даже я цепенею, учуяв его холодный, как мороз, гнев. Сейчас это не милый надоедливый дедок, который глупо шутит. Я чувствую в нем силу. Не физическую. Он не кулаками заставить заткнуться, сдавит в тисках разум.

— Нюхай! — толкает Дазу к Вестару, которой вскидывает брови и недоуменно моргает.

— Да что же это такое? — Даза оглядывается на Жреца.

— Заткнулась.

Даза вздрагивает, втягивает голову в плечи и зажмуривается. Я тоже хочу зажмуриться, потому что Жрец меня пугает.

— Булочками она пахнет, — Вестар вздыхает.

— А под ними?! — рявкает Жрец.

— В более глупые ситуации я никогда не попадал, — Вестар усмехается и встает. — Так вот она какая трезвость, да?

— Господин… — пищит кухарка.

Вестар подходит к ней наклоняется и у самой ее шеи внимательно принюхивается. Хмурится, переводить взгляд на Жреца, который рычит:

— Оно?

— Оно.

— Ах ты сука неблагодарная! — Жрец хочет кинуться к ней, но Вестар ловко перехватывает инициативу.

Он буквально отшвыривает разъяренного старика на софу и манерно приглаживает волосы:

— Раздухарился как. Смотри-ка, правда, что ли, кухарка в сердечко сморщенное запала? — ухмыляется, и глаза Жреца вспыхивают яростью.