Книга На высоте. Книга 1, страница 9 – Юлия Резник, Ника Юлианова

Я шёл позади Киры и смотрел, как она работает. Шаг, вдох, рывок жумара. Никакой суеты. Ни одного лишнего движения. Даже шерпы косились на нее с уважением. Очень и очень титулованные шерпы. Кира смогла оплатить лучших.

К полудню мы были выше семи с половиной, а к трем добрались до штурмового лагеря.

«Отдыхать», – мелькнул блаженная мысль. А после – что девчонка хорошо справилась. Я даже не ожидал.

Горняшка2 – на сленге горная болезнь – общее название для комплекса симптомов, которые появляются при быстром подъёме на большую высоту. Организм не успевает привыкнуть к разреженному воздуху, и начинается «бунт»: головная боль, тошнота, бессонница, потеря аппетита, галлюцинации. В тяжёлых случаях развивается отёк лёгких или мозга – и тогда счёт идёт на часы. Именно поэтому альпинисты проходят акклиматизацию: поднимаются выше, потом спускаются ниже, дают телу время привыкнуть к новым условиям.

Базовый лагерь3 – первый лагерь на пути.

Пермит4 – официальное разрешение на восхождение, которое выдаёт государство. Без него на гору не пускают: каждая вершина стоит своих денег. На Эверест, например, пермит в весенний сезон обходится в пятнадцать тысяч долларов. Пермит предоставляет право находиться на маршруте и пользоваться проложенной инфраструктурой, но не гарантирует успеха – только возможность попытаться.

Жумар5 — специальное устройство с зажимом, которое двигается только вверх по верёвке. Используется при подъёмах по фиксированным тросам на крутых склонах. Альпинист пристёгивает жумар к системе, делает шаг – подтягивает, снова шаг – снова подтягивает. Так можно «выползать» по стенам льда и снега, где иначе не зацепиться.

Кира

— Спальник, Кир… Тебе еще детей рожать, – чтобы я его нормально услышала, Гор снял маску.

— Это вряд ли. Я – пустоцвет, – сказала и сама не поняла, какого лешего меня потянуло на откровенности. Закашлялась, чтобы скрыть неловкость. Ух ты. Оказывается, на этой высоте можно чувствовать что-то кроме усталости.

— Кхм… Гхм… – смутился не меньше меня Гор. – Ну… Все равно забирайся в тепло. Намерзнуться еще успеем.

И то так. С трудом забралась в спальник. Взглянула на часы. В четвертом лагере кроме нас почти никого не было – стояла тишина. Мало кто рискнул пробиваться сквозь непогоду, как мы. Напротив, многие спустились в базовый лагерь, чтобы не тратить попусту силы. А мы очень бодро шли, несмотря на непогоду.

Гор пошевелился, разместившись на боку. Я уставилась на него, хотя кроме глаз ничего было не разглядеть. Этому мешали и низко надвинутая на глаза шапка, и маска, и относительный сумрак палатки. Глаза у Горского были то ли серые, то ли голубые. И он смотрел на меня с той же пристальностью, что и я на него.

Хмыкнула про себя. Много он там увидит! Вот если бы мы встретились пару лет назад, то да – я бы наверняка произвела впечатление. А так смешно. И неважно. Я здесь не за этим. Но какого черта меня все же потянуло на откровения? Со своим прошлым напарником мы прошли четыре горы, и я не помню, чтобы мы обсуждали хоть что-то кроме погоды, маршрута и каких-то глупостей. Грег был удобен, профессионален, он умел страховать и держать темп, но рядом с ним у меня и мысли не возникало поделиться проблемами. Мы были как две идеально отлаженные шестерёнки, которые двигали вперёд экспедицию. А здесь чего-то поперло...