Книга На высоте. Книга 2, страница 1 – Юлия Резник, Ника Юлианова

Кира

Снилось, будто снег идёт вверх – против ветра, против логики, против самой природы. Презрев земное притяжение, снежинки отрывались от земли и неспешно воспаряли к небесам. И вдруг из этой белой, искрящейся в лунном свете мглы проступили очертания знакомой фигуры. Широкие плечи, капюшон, обледенелые лямки рюкзака. Красивые карие глаза…

–Тимур! – выдохнула я. И хоть ветер отнес мой оклик прочь, Казиев все же остановился. Повернулся ко мне и широко улыбнулся.

–Осторожней! – крикнула я, стараясь докричаться до него сквозь завывания вьюги. – Там обрыв!

Тимур покачал головой, не переставая улыбаться, и попятился. Я со всех ног рванула вперёд. Ноги увязали в снегу, я падала и поднималась, упрямо шагая дальше, но чем быстрее я двигалась, тем сильнее он отдалялся. Я бросилась вперед, вытянув руку в отчаянной попытке его схватить. Удержать… Не дать сорваться. Однако мои скрюченные пальцы прошили насквозь пустоту – и только, а Тимур… Он просто растворился в окутавшей нас метели. Он будто сам ей стал.

— Тим! – воскликнула я, но горло не послушалось. Звук застрял где-то внутри, причиняя невыносимую боль. Грудь свело судорогой. Захлебываясь собственным криком – густым, вязким, я без сил зажмурилась. А когда вновь открыла глаза, там, где секунду назад возвышался Тимур, теперь зияла ослепительная пустота. Земля качнулась и ушла из-под ног. С губ сорвалось скулящее сиплое «не-е-ет». Я всем телом вздрогнула, просыпаясь. С криком села. Не сразу осознав, где я, повертела головой. Виски сводило, будто кто-то с силой оттягивал мои волосы. Горло саднило. Я на автомате подтянула колени к груди и натянула на себя тяжелое, влажное от моего пота одеяло.

Чья-то ладонь легла на плечо. Я вздрогнула, машинально вцепившись в простынь, как в страховочный трос. Пальцы снова не слушались. Казалось, на мне до сих пор толстые мембранные перчатки, в которых, конечно, тепло, но жутко неудобно.

— Тихо. Это сон. Слышишь меня? Просто сон.

В полутьме чётче проступило лицо Горского: усталые тени под глазами, шелушащаяся от мороза и солнца кожа на скулах, отросший ежик на голове. Гор сидел на краю кровати в футболке, которую я никогда раньше на нём не видела. Рука по-прежнему лежала на моём плече – не обнимая, а фиксируя, как фиксируют пострадавшего, чтобы он не дёрнулся и не навредил себе. Я так остро чувствовала это касание… Всем своим онемевшим от боли телом. Всей своей переполненной мукой душой. Я. Чувствовала.

— Все хорошо, – повторил он. – Да?

Я кивнула, пытаясь кое-как выровнять срывающееся дыхание.

— Кира, посмотри на меня.

Я подняла взгляд, но что толку? Картинка один черт расплывалась из-за подкативших некстати слез. В ушах звенело. Виски пульсировали. Где-то вдалеке, за стеной, в трубах зашумела вода, и это был такой обычный, ничтожный звук, что меня снова качнуло. На этот раз – в другую сторону: из белой ледяной пустоты – в его горячие сильные руки.

— Мне приснился Тимур… – прохрипела я, очерчивая пальцами мозоли на его ладони.

— Иди сюда… – Гор раскрыл объятья, в которые меня не нужно было приглашать дважды. Особенно в тот момент. Уткнулась носом в теплое местечко за ухом. Обхватила широкие плечи. Кожа под моими ладонями была чуть влажной, а если сместить руку, коснувшись большим пальцем трепещущей жилки на шее, можно было запросто сосчитать пульс. Я вдруг поняла, что дрожу. Дрожу так, будто все еще там – в пасти у ледяной безжалостной бездны.