Книга На высоте. Книга 2, страница 53 – Юлия Резник, Ника Юлианова

— Идем?

— Да, выходим. Гашербрум 1 нас ждёт.

Но на самом деле… Гора не ждала. Горы никогда не ждут. Это мы снова и снова непрошенными гостями врываемся в их неспешную жизнь. А они смотрят свысока и решают, кому это простить, а кого наказать за своеволие.

— Пусти и верни обратно.

Кира

Утро подкралось, как всегда, не вовремя. Разбудил аромат чуть подгоревшей каши, от которого меня не на шутку замутило. Я торопливо выбралась наружу. Внутри было тепло и душно, снаружи – ужасно холодно. Я сделала глубокий-глубокий вдох, чтобы справиться с острым приступом тошноты. Прислушалась к себе – только отравления мне и не хватало. Потянулась даже к аптечке, чтобы закинуться таблетками, но вдруг поняла, что чувствую себя гораздо лучше. Тошнота прошла так же внезапно, как и накатила.

Миши рядом не было. На его месте осталась продолговатая вмятина на спальнике. Я потянулась, почувствовала, как заныли мышцы, и неожиданно улыбнулась. Гашербрум 2 остался позади, впереди маячил первый. Мозг честно спрашивал: «А оно тебе точно надо?» Сердце отвечало: «С этим человеком – да».

Я выбралась наружу, щурясь от света. Лагерь уже жил своей жизнью. Шерпы таскали ящики, над кухней клубился пар, какие-то ребята орали друг на друга из-за спутникового модема. Всё как всегда.

И тут я его увидела.

Миша стоял у соседней палатки, наклонившись к какой-то девице в ярко-красной шапке. Высокая, стройная, аккуратный хвост из-под каски… Он держал в руках её систему, что-то показывал. Она деловито кивнула. Что-то ответила и засмеялась. Слишком громко, вообще не таясь. Как будто имела полное право вести себя с ним именно так.

Все мое хорошее настроение испарилось в один момент.

Я почувствовала примерно то же, что и тогда, когда застукала своего мужа с беременной любовницей, хотя умом я, конечно, отлично понимала, что сейчас, вероятнее всего, не происходит ничего криминального. Жаль, мои мозги вообще никак не хотели дружить с эмоциями... В солнечном свете, на фоне гор, эта парочка выглядела так, будто все остальные здесь были лишними.

Я втянула голову в капюшон и сделала вид, что меня безумно занимает кастрюля с кашей. Каша интересовалась мной значительно меньше.

Буквально через пару минут «к столу» подтянулся Горский. Сел рядом, как ни в чем не бывало, принялся завтракать, а когда мы поели, сказал:

— Идем?

— Да, выходим. Гашербрум 1 нас ждёт.

Мы шли уже второй час, когда солнце, наконец, поднялось над гребнем. Свет здесь был другой – колкий, металлический, слепящий. Я в который раз порадовалась, что не осталась без маски. В очках мне сейчас было бы ой как тяжело.

Чем выше мы поднимались, тем тише становилось, и тем громче делались мысли в моей голове. И именно мысли меня сейчас и доканывали.

Миша шёл впереди, уверенно, экономно, будто его ноги давно были частью этого склона. Верёвка между нами тянулась ровной линией. Он то и дело оборачивался. Чтобы посмотреть, не отстала ли я? Или чтобы разглядеть какие-то другие группы, двинувшиеся за нами вслед?

Господи, Махова, ну что за бред?! Нашла о чем думать! Это же чушь! Мелочь, недостойная внимания. Но эта мелочь отравляла мне жизнь. Отнимала внимание и силы!

Мы достигли первого лагеря и остановились на привал. Ками и Пемба разлили чай, ледник трещал где-то глубоко под нами. Миша присел напротив, выдохнул, снял перчатки. И будто ничего не произошло, поднял глаза и улыбнулся – той самой спокойной улыбкой, которая делала меня одновременно и мягче, и злее.