Книга Мой талантливый враг, страница 40 – Дарья Сорокина

— Что именно? – я уже не сомневалась, что мы идем четко по сценарию из моих грёз. Но откуда Винс знает об этом? Уж не он ли внушил мне этот сон?

— Как целоваться с этой штукой, – без тени смущения сказал Вестерхольт, и тут же добавил: – Ты же это хотела узнать, когда Ласло и Марк нас прервали?

Отшутиться, оттолкнуть его? Обозвать лабухом?

— У меня есть возлюбленный! Ты же знаешь его. Флориан Майер, – заикаясь, протестовала я.

— Я так не думаю, Нана.

— Ты же сам подловил меня на этом вчера. Амадею нажаловаться хотел, – я оттягивала неизбежное, даже не сомневаюсь, что Винсент сейчас поцелует меня, у него взгляд безумца, он сделает любую гадость, чтобы продолжать выигрывать нашу затянувшуюся дуэль.

— Мы не закончили с моим вопросом. Мне показать?

— Не интересно.

— Лжешь, Нана.

Я бросила взгляд в салон. Дора, Джулс и Лаура даже не смотрели в нашу сторону, обсуждали что-то, показывали друг другу картинки на видеофонах. Смеялись.

Взяла волю в кулак и снова обратила взор на своего мучителя.

— Это лишь праздное любопытство, Винсент. Да, мне интересно, как целоваться, есть и разговаривать с этой штукой. Не выливается ли вода у тебя изо рта, когда ты пьешь. Не пытаются ли сороки вырвать ее прямо из губы. Много вопросов, и поцелуи далеко не на первом месте.

Улыбается, и я физически эту улыбку чувствую, как близко мы друг от друга. Достаточно небольшой кочки на дороге, и я уже не так верна своему преподавателю. Смущает лишь последнее замечание Винса о Флориане. Могу ли назвать возлюбленным того, кого люблю молча и безответно?

Фургончик, наконец, затормозил, и Вестерхольт лишь слегка коснулся своей серьгой моих губ, как у меня мгновенно запульсировало в ушах, словно я нырнула на самое дно глубокого озера.

Все начали собираться, а я сидела как утопленница. Не дышала, а только слегка покачивалась, словно на волнах. Это уже считается за измену моему Флориану, или пока нет? Да что со мной?

— Винни, вы там идете?

Я первой попыталась подняться с места, но Винсент рывком усадил меня обратно.

— Пять минут, Лас. Начинайте проверку звука без нас. Мне надо показать курочке пару приемов, мы вас сейчас догоним.

Нет-нет-нет. Я не останусь с ним наедине. Куда все?

Представительницы фан клуба спорить не стали и покинули салон. Марко забрал свой синтезатор, а Ласло вытащил чехлы с тарелками и свою потрепанную педаль из-под сидений.

— Пять минут, Винни. У нас новый басист, мы с Виви-то лажали как не в себя, а тут будет полнейшая катастрофа.

Вестерхольт даже не повернулся к Ласло, буравил меня своими жуткими глазами:

— Не будет никаких проблем, просто свали уже.

Сглотнула. Я в незнакомом месте, наедине с моим самым ненавистным человеком во всех двух королевствах. Что может пойти не так?

Вестерхольт, наконец, поднялся с места. Слава Великим Музам, поцелуев не будет. Я даже вздохнула с облегчением. Но недолго я радовалась. Винс положил руку на свой ремень и начал деловито греметь массивной пряжкой, пока она не поддалась, и его штаны не повисли на бедрах, держать только на одном честном слове.

Ладно, я передумала. Лучше поцелуи.

— Пять минут, Вестерхольт? Все настолько плохо?

Мой голос был на удивление спокоен и даже приправлен нотками издёвки, когда как на самом деле, всю меня трясло от происходящего. Это не я сказала, меня словно кто-то дергал за незримые ниточки.