Книга Рождество по-драконьи. Лучшие враги, страница 102 – Леси Филеберт

Я справлюсь. Я обязательно со всем справлюсь. Вот отосплюсь, отойду от шока всего происходящего вокруг меня и справлюсь! Родингер я, или кто?

Но сегодня я позволила себе быть просто уставшей девушкой, которой страшно, одиноко и хочется обнимашек.

* * *

[в день похищения Кьяры; императорский дворец в Лакоре]

Зал заседаний Лакорского императорского дворца был спроектирован так, чтобы внушать трепет иностранным послам, но сегодня его ледяное великолепие давило лишь на своих. Длинный стол из белого мрамора, вмерзший, казалось, в пол, отражал тревожные блики светильников, горящих холодным синим пламенем. Во главе стола, на серебряном троне с темно-зеленой бархатной обивкой, сидел Его Величество Са́лливан Ре́ймон-Ро́дингер, император Лакорской империи. Высокий, широкоплечий, короткие черные волосы уложены в стильную прическу, а его пронзительные глаза цвета темного шоколада выдавали в нем правителя, привыкшего командовать стихиями и людьми. Справа от него, на чуть менее монументальном кресле, сидела его супруга и действующая императрица Агне́сса. Длинные волосы цвета лунного света убраны в сложную прическу с прозрачными шпильками, яркие голубые глаза в этот миг метали молнии, выказывая гнев императрицы.

Прямо сейчас ее внимание было направлено на утешение сидевшей рядом женщины в голубом платье — это пребывала в печали Ее Высочество Белладо́нна, мать пропавшей сегодня Кьяры, так и не доехавшей до дома. Длинные светлые волосы женщины спадали беспорядочными прядями, а голубые глаза, обычно такие озорные и счастливые, были красны от слез. В дрожащих пальцах она сжимала странный артефакт — осколок лакорского кристалла, похожий на обломок ледяной глыбы, внутри него мелькали, словно в кривом зеркале, образы: снег, убегающая фигурка черноволосой девушки, вспышки магии...

— Ну перестань же, Белла, — в голосе Агнессы звучала мягкость, она обняла невестку за плечи. — Реветь — время зря терять. Кьяра не пропадет, я уверена. Наша девочка — Реймон-Родингер, а не абы кто, у нее в жилах — лед и сталь! Обещаю, мы найдем тех, кто ко всему этому причастен, и оторвем ему руки. Ме-е-едленно. Ты будешь отрывать левую руку, а я — правую.

— Не́сси! — возмущенно воскликнул Салливан, глянув на супругу с осуждением.

Агнесса невинно похлопала ресницами.

— Что не так?

— Мы не отрываем никому руки!

— Правда? С каких это пор?..

— Несси!!

— Ну что-о-о? Я же еще даже глаза не предложила выколоть! Это минимальная программа, дорогой. Базовый минимум, так сказать.

Император возвел очи к небесам, точнее — к высоченным сводам потолка, и повернулся к человеку, сидевшему слева. Его Высочество Фью́ри, лакорский кронпринц и отец пропавшей Кьяры, был сегодня мрачен как никогда. Высокий, с короткими черными волосами и острыми скулами, он казался внешне спокойным, но его зеленые глаза горели холодным яростным огнем, а пальцы так сильно впились в папку с бумагами, что казалось, вот-вот раскрошат ее в пыль.

— Фьюри, что на данный момент известно?

Тот сделал глубокий вдох и сказал:

— Всё указывает на то, что поезд телепортировали целиком прямо с моста. Ни обломков, ни следов борьбы на полотне. Чистая работа.

— Как они это сделали в условиях тотального магического занавеса на границе? — спросил Салливан, голос его был полон плохо скрываемой ярости.