Книга Попаданка на самокате, страница 41 – Стася Вертинская

Фонарёв уставился на него так, будто пытался силой мысли поджечь. Потом перевёл взгляд на Громова, прося хоть какого-то сочувствия. Громов даже не шелохнулся, но взгляд говорил, что он готов ко всему.

— Итак, мне срочно нужны ваши отчёты, – голос Глеба мгновенно изменился с легкомысленно веселого на суровый и деловой. – Что по вдове Лебедева?

— Пока ничего, – хмуро ответил Громов. – Купила пару платьев, встретилась с подругой – ровно то, что она могла делать всегда.

— Кто-то навещал её?

— Да, но мы не выяснили, кто…

— И когда это мы, служители закона, стали твоей личной группой наблюдения? – проворчал Фонарёв.

Громов покосился на Глеба, молча поддерживая вопрос напарника. Глеб прищурился, но оставался серьёзным:

— В тот момент, когда труп Лебедева стал нашим общим интересом.

Вокруг Глеба тут же закипела деятельность. Он расставлял задачи четко и кратко. Следить за Натальей и проверить круг общения Лебедева. Отправить осколки магкристалла в лабораторию. Снова опросить знакомый и соседей Бурова, проверить его счета и найти других пропавших инженеров, если они есть. К делу привлечены были не только Фонарёв и Громов. Глеб задействовал всех, кого мог заставить работать.

И, что удивительно, никто не смел ему возразить. Был ли тому причиной полученный им документ, или сыграла роль его собственная харизма – так сразу и не понять. В любом случае было видно, что Глеб знает, что делает. И знает как использовать доставшийся ему ресурс.

Мне даже на мгновение показалось, будто он мог нарочно подстроить все так, что Вершинину пришлось сделать это заявление и вмешаться в дело Глеба. Я бы так и подумала, если бы не видела всего, что происходило до этого. И точно знала, что Глеб просто воспользовался ситуацией, чтобы быть не просто эффективным, а эффективным в квадрате.

Я тоже не осталась без дела. Мне была доверена святая святых – блокнот Глеба и карандаш. Те документы, заметки и отчеты, которые его особо интересовали, аккуратно переносила в его блокнот. Иногда Глеб выхватывал его, быстро листал, а потом снова возвращал мне.

Глеб искал не просто следы и зацепки. Особенно его интересовали провалы, в которые можно засунуть лом и начать ковырять. И если он находил их, то работа вокруг него закипала с новой силой.

А в моих руках был блокнот – ход мыслей Глеба Ларина. Немного хаотичный, но складывающийся в картинку. И мне почему-то нравилось систематизировать их, видеть то, что Глеба интересует в данный момент и о чем он готов подумать в будущем. Я ощущала себя важной частью как минимум его расследования.

Сегодня быть в эпицентре событий рядом с Глебом было… приятно.

Но главное, несмотря на внешний хаос, кучу ниточек, которые пытались распутать полицейские по команде Глеба, я четко видела, что его интересует сейчас.

Машина – та самая, на которой уехала Наталья, и о владельце которой она не рассказала нам. Стоит только найти её, открыть дверь и посмотреть, кто прячется в салоне, мы нащупаем что-то важное. И у полиции было достаточно средств, чтобы попытаться сделать это.

Уже к вечеру перед нами был список из четырех машин соответствующей модели. Из тех, которые зарегистрированы на подставные лица или кто реально мог внезапно заинтересоваться овдовевшей женой фабриканта.