Книга Попаданка на самокате, страница 81 – Стася Вертинская

Я смотрела на него, вспоминая квартиру Бурова. Как Глеб взял в руки поддельную батарею. Как бросил её в угол и вытащил меня из комнаты.

Вдох. Всего секунда промедления – что было бы?

Выдох. Если бы он не понял сразу…

Я оперлась руками о стену. Ноги подкашивались от пережитого ужаса. И от понимания: от смерти нас отделяла всего пара мгновений.

Слёзы покатились по щекам, смешиваясь с водой. Я всхлипнула. Потом ещё раз. А потом позорно зарыдала в голос.

— Полина? – я слышала, как за дверью меня позвал Глеб.

Он постучал, но я не в силах была ответить.

Дверь открылась, Глеб зашел внутрь. А я стояла и плакала.

— Ну, что же ты, – он подошел ко мне совсем близко и обнял.

Вода промочила его одежду, но он не обращал на это внимание. Стоял рядом, гладил по волосам и что-то говорил. Я вцепилась пальцами в мокрую ткань, забыв о том, что он зашел, когда на мне нет ничего. Но это не имело значения.

— Теперь все хорошо, – он выключил воду, и его голос перестал тонуть в шуме. Взял полотенце и закутал меня в него. – Вот так, успокойся.

Потом быстро стянул с себя промокшую рубашку. А я стояла и всхлипывала, не в силах пошевелиться. Потому не сопротивлялась, когда он поднял меня на руки и понёс в комнату.

— Я, между прочим, тоже пострадал, видишь? – улыбнулся он и наклонил ко мне расцарапанный лоб. Но его шутка вызвала новый поток слёз.

Глеб сел на край кровати, усадив меня на колени. С мокрых волос на пол капала вода. А Глеб обнимал меня через полотенце.

— Всё хорошо, теперь всё хорошо, – повторял он, пока я не успокоилась.

Он сжал мою руку чуть крепче. А потом осторожно поцеловал в плечо.

Я вздрогнула и посмотрела в его глаза. В комнате было темно, в них отражался только свет, включенный в прихожей.

— Полина, – снова сказал он. – Тебе не нужно так рисковать. Дело действительно становится опасным.

Я это тоже прекрасно знала. Но оно всегда было опасным. Когда Глеб подделал разрешение для меня, когда мы сунулись в бордель, и во время обыска…

— Завтра ты останешься в участке. Я хочу быть уверен, что ты в безопасности, – добавил он после паузы.

— Но… как же ты? – спросила я. – Если с тобой что-то случится… А я даже не буду знать об этом.

— Что со мной может случиться? – сказал он с наигранной веселостью.

— Сегодня там мы были вместе, – возразила я. – И могли… могли погибнуть оба.

— Я знаю, – Глеб не стал спорить. – Но я варюсь в этом много лет, а ты…

— А у меня есть искровик, – перебила его я.

Он усмехнулся и носом уткнулся в мою шею.

— Это грязное дело, Полина. И я не знаю, чем оно закончится, – хрипло сказал он мне в ухо. – И ты – последний человек, которого это должно было коснуться.

— Глеб, – позвала его я, и он снова поднял на меня взгляд. – Если будет слишком опасно, я уйду в сторону. Я не буду мешать. Но… я хочу помочь тебе.

— Хорошо, ревизор, – улыбнулся он и погладил мою спину через полотенце. – Но только потому, что ты умеешь обращаться с искровиком.

Я потянулась к нему. Больше всего мне хотелось почувствовать тепло его губ. Понять, что мы живы. Знать, что даже если этот день окажется последним, мы не упустили и минуты счастья.

Глеб не отстранился. Полотенце на мне сползло ниже. Но я не стала поправлять его. На нём тоже почти не было одежды. А моё полотенце вряд ли можно принять за скромный наряд.