Книга Попаданка на самокате, страница 82 – Стася Вертинская

Руки Глеба прижали меня крепче. В этот раз наш поцелуй не был торопливым. Прикосновения не разжигали пожар, но дарили спасительное тепло.

Полотенце сползло окончательно и где-то затерялось. Глеб избавился от последних деталей промокшей одежды и сжал меня в объятиях. Наверное, теперь это по-настоящему. Может быть и нет, но я чувствовала, что делаю всё правильно.

— Полина, – прошептал Глеб. – Не влюбляйся в меня.

Его губы коснулись моей шеи, а пальцы впились в бедро.

— Поздно, – выдохнула я.

И между нашими телами исчезло хоть какое-то расстояние.

Несмотря на усталость и полный событий день, я не сразу смогла уснуть. Страх отпустил. Объятия Глеба казались самой надёжной защитой. Кажется, он и правда внушал веру, что всё будет хорошо.

— Твоя работа… всегда такая? – тихо спросила я.

Глеб тоже не спал. Он перебирал мои пальцы и задумчиво смотрел в тёмный потолок. Но стоило мне заговорить, тут же повернулся ко мне.

— Нет, – ответил он. – Бывают дни и похуже.

Я фыркнула. А он поцеловал меня в лоб и тихо прошептал:

— Тебе нужно отдохнуть. Спи.

Вскоре я погрузилась в сон. И даже не увидела ни одного кошмара.

Когда утром открыла глаза, Глеба рядом не оказалось. Я торопливо встала с кровати и прислушалась. Услышала шум воды. Вчера он не успел нормально помыться, проведя вечер и ночь рядом со мной. Почему-то стало спокойнее, когда я поняла, что он всё ещё здесь.

Я успела сварить кофе и жарила яичницу, когда Глеб наконец вышел из душа. Он зашел на кухню в одном лишь полотенце, обёрнутом вокруг бедер. На плечах блестели капли воды. Кажется, последние приличия между нами безвозвратно стёрты.

Он неожиданно подошёл ко мне, обнял за талию, прижал к себе на мгновение и поцеловал в затылок. Потом взял кофе и, как ни в чём не бывало, ушёл к доске.

— Не расслабляемся, ревизор, – бросил он через плечо. – Сегодня взрывов не обещаю, но тоже будет весело.

Я оглянулась на него. Желание метнуть в него ложку никуда не пропало даже после всего, что между нами произошло. И только теперь я заметила, что его спину пересекает царапина, а на боку багровеет ссадина.

Все внутри сжалось. Я ведь совсем не думала о том, что закрывая меня, Глеб мог пострадать сам.

— Больно? – я подошла и провела пальцами вдоль царапины.

— Ерунда, – ответил Глеб и повел плечом, будто отгонял муху.

Я посмотрела на него, но он продолжал изучать доску. Конечно, такой как Глеб, никогда не признается, что ему нужна помощь. Вспомнила, что в комнате была аптечка и заживляющая мазь. Через минуту я нашла нужную баночку и вернулась на кухню.

— Ты защищал меня, – тихо сказала я и аккуратно нанесла мазь на рану.

Что же в него прилетело? Обломок дверного косяка или мебели? А может, осколок магбатареи?

Глеб не сопротивлялся и лишь усмехнулся:

— Так получилось.

Он вздрогнул, когда я задела больное место, но позволил мне и дальше водить пальцами по его спине.

— Девушкам шрамы не идут, – буркнул он. Будто не желал признать, что умеет заботиться о других.

— А тебе идут? – улыбнулась я.

— Мне всё идёт, – уверенно ответил Глеб.

Я закончила с его ранами, и он тут же повернулся ко мне. Но, встретившись с его упрямым взглядом, могла только улыбнуться и размазать остатки мази на пальцах по его лбу. Он тут же положил руку мне на талию и чуть подтолкнул к столу.