Книга Пленница аскадцев. Цена свободы, страница 16 – Алена Бондар, Карина Рин

Они могут не доверять ведьмам, но доводы должны слышать.

И пока мужчины обдумывают, верить мне или нет, я замечаю новое действующее лицо.

Он в латных доспехах, полностью подогнанных под него, будто влитых. Они выглядят как живая чешуя, переливаются тусклым холодным блеском. Массивный шлем скрывает лицо, видны лишь глаза в узких прорезях. Устрашающий вид дополняют изогнутые рога на шлеме.

Но и это ещё не всё.

То, что у незнакомца есть руки и ноги, ничуть не объясняет, кто он такой. Потому что за спиной у него — чёрные, кожаные, перепончатые крылья.

Когда он бесшумно опускается на снег, я успеваю разглядеть змеиные глаза с вертикальными зрачками. А крылья тут же исчезают, стоит его ногам коснуться земли.

Значит, они призваны магией.

И кто он такой?

Человек ли он или нечисть?

Я, раскрыв рот, смотрю на того, кто, скорее всего, и был убийцей воинов. Он достаёт из-за спины два изогнутых, удлинённых кинжала. И я ловлю себя на мысли, что рада — это не длинный меч.

Именно с такими обычно ходят под подобные доспехи. Но это оружие не менее смертоносное. Скорее даже опаснее — потому что пропитано магией. На лезвиях клинков вспыхивают, и на них проступают руны.

Увидев это, я забываю, как дышать. И вообще — что там хотели аскадцы.

Похоже, меня нашли.

И от такого уйти будет куда сложнее, чем от этих двух.

И на этом «весёлом» повороте мужчины, видимо, решают, что я не разыгрываю их. Они поворачиваются к противнику и напрягаются ещё сильнее.

— Ты кто ещё такой? — басит Касар, поднимая топор в его сторону.

«Смерть твоя, аскадец», — мысленно отвечаю ему я.

Глава 4 Мирана

Первым на него бросается Касар с топором, надеясь пробить доспехи, пока незнакомец будет неповоротливо обороняться.

Но каково же было удивление моё и аскадцев, когда он легко ушёл вниз, поднырнул под руку Касара и вонзил кинжал, пропитанный магией, ему в бок.

— Кажется, на одного аскадца меньше станет, — бубню себе под нос и смотрю во все глаза на происходящее.

— Брат! — кричит Эйрик и подхватывает Касара под плечо, чтобы тот не рухнул в снег.

А тот, что удивительно, ещё держится. Хотя такой клинок должен был убить его почти на месте — магия уже расползается по ране, но он цепляется за жизнь упрямо, сквозь боль.

Так, хватит здесь зрелище наблюдать, пора и честь знать. Подпрыгиваю и сваливаюсь в снег, пока Эйрик рычит и сходится с незнакомцем в драке. Звон металла проносится по пустой деревне, как предзнаменование того, что мне нужно ускориться.

Я умудряюсь встать на колени, а потом и на ноги, и ускоряюсь насколько могу — со связанными ногами, скользя и едва не падая. Потому что оставаться здесь и ждать, пока незнакомец обратит на меня внимание, разобравшись с воинами, я не собираюсь.

К тому же скоро магия ко мне вернётся. Он убьёт братьев, и ошейник сам откроется.

Нужно только подождать. Только дотянуть.

Я оборачиваюсь назад, чтобы понять, насколько близка моя свобода, и вижу, как Эйрик замахивается клинком для удара, но незнакомец ловит его за запястье.

Несколько секунд на осознание — и, так как незнакомец выше аскадца на голову, тот бьёт его массивным шлемом. Младший аскадец падает на землю, хватаясь за голову, оглушённый и дезориентированный.

А змеиные глаза находят меня. И мне кажется… или он переместился, чтобы быть ближе ко мне?